– Ну и шутки у вас, товарищ милиционер, – обиделся тот. – Всегда вы так!

– Прошу прощения, – извинился Анатолий, закрывая ладонью рот, – проклятый мой язык!

– А ночью народу здесь много бывает? – спросил сторожа Владлен.

– Когда как. – Сторож махнул рукой. – Порой много: пьяные компании и молодежь. Но это редко, в основном здесь спокойно.

В этот момент со стороны горы показалась машина. Увидев ее, сторож воскликнул:

– А вот и он едет. Вы его немножко припугните, уж слишком он борзый, – попросил он оперативников.

Пугать никого не пришлось, все это уже сделали сыщики, которые оставались прочесывать местность.

– Тут в машине некто Сазонов – стоял в лесочке, увидев нас, пытался скрыться, – объяснил оперативник Попов, выходя с водительской стороны машины. – Решили его задержать для проверки.

– Ах, это же Сазонов! – воскликнул Анатолий, ударив себя по лбу. – А я-то думаю, где видел это лицо!

Владлен, как, впрочем, и многие оперативники, знал Сазонова. Тот был известной личностью в городе. Бывший милиционер, был осужден на девять лет за изнасилование малолетней девочки, но отсидел не до конца. После освобождения осел в городе, перебивался сутенерством, держал в ежовых рукавицах целый отряд рабынь-проституток. Мечтал подняться как можно выше по криминальной иерархической лестнице. Но этой мечте мешала его биография – бывших милиционеров и насильников детей в преступном мире не уважали. Он пытался избавиться от своего проклятого прошлого, доказывая всем, что он был не милиционером, а всего лишь стажером, а то, что сидел в ментовской колонии, об этом он никого не просил, суд его туда определил. Насчет изнасилования малолетней – дело, конечно же, сфабриковали. Чтобы добиться власти и положения, он набивался в друзья к правоохранителям, состоял в неделовых связях с прокурорскими и убоповцами. Имел виды на городские рынки как на источник черного нала. В своем окружении он был более известен под кличкой Сазан, впрочем, не только за схожесть этого слова с его фамилией, а больше за присущую этой рыбе, которую почти невозможно схватить голыми руками, скользкость и изворотливость.

Опера тут же, стоя возле пропускного пункта, спешно посовещались.

– Его бы задержать на несколько суток и проверить, – предложил Анатолий. – Не зря он здесь ошивался, не зря.

– За что? Просто так не задержишь, нужны основания. То, что он здесь болтается, не повод для задержания, – в задумчивости проговорил Владлен.

– Так он же нас материл и оскорблял, когда мы к нему подошли в лесу. – Попов головой кивнул в сторону машины, где в сопровождении двух оперативников находился Сазонов. – Мы ему представились, что из милиции, показали удостоверение, так он у Семена выхватил удостоверение и выкинул в кусты. Давайте мы напишем рапорт и оформим неповиновение. Мелкое хулиганство ему обеспечено.

– Отлично, оформите протокол и ведите в суд. Машину поставьте на штрафстоянку, но прежде хорошенько осмотрите, – приказал оперативникам Владлен. – Если судья назначит административный арест, начнем его проверять по полной программе.

По дороге в управление Владлен с Анатолием рассуждали о Сазонове.

– Как-то подозрительно, что этот тип там шарился. К чему бы? – Анатолий пытался увязать убийство и появившегося поблизости Сазонова в единое целое. – Преступника всегда тянет на место преступления – может, и его потянуло.

– Может быть, может быть… – Владлен мало верил, что в данном случае кого-то потянуло бы на место совершенного им преступления, обычно такое происходит со всевозможными маньяками и извращенцами. – Надо узнать, чем он занимался двадцатого июня.

5

По прибытии в управление начальник криминальной милиции созвал совещание по факту убийства Алексеева и Попова.

– Уважаемые коллеги, – обратился он к собравшимся, – сегодня обнаружены два трупа с признаками насильственной смерти. Выяснилось, что это трупы пропавших без вести неделю назад Алексеева и Попова. Начальник отдела по раскрытию убийств Димов был на месте преступления, он и доложит последние данные.