Читаем Произвол полностью

— Мне бы не хотелось затягивать переговоры с Саиб-беком, — сказал Рашад-бек. — Я не собираюсь с ним торговаться, как хаджи. Эти дамасские беки смотрят на нас сверху вниз, будто мы простые крестьяне.

Дверь им открыл один из слуг Саиб-бека. Хозяин был явно удивлен их неожиданным визитом. «Может, что-нибудь стряслось в средних и северных провинциях?» — подумал Саиб-бек. Правда, недавно он встречался с тамошними беками, те бы обязательно предупредили его.

Недоумевающий бек вышел к гостям.

— Добро пожаловать, дорогие гости. Чему я обязан вашим визитом? Надеюсь, вы не привезли плохие новости?

Саиб-бек был многоопытным человеком, его трудно было чем-либо удивить. Он чувствовал себя как рыба в воде и в политике, и в торговле. Он владел крупной недвижимой собственностью, в том числе постоялыми дворами, не только в Дамаске, но и в Бейруте. Среднего роста, светловолосый, с некоторой склонностью к полноте, он буравил нежданных гостей своими слегка навыкате глазами.

— Слава аллаху, все в порядке, — заторопился успокоить хозяина Сабри-бек. — Мы проездом в Дамаске и не могли не навестить своего старого друга.

Саиб-бек позвал слугу и приказал подать им наргиле и приготовить ужин. Покуривая наргиле и прихлебывая крепкий бедуинский кофе, беки начали беседу с оценки урожай, потом перешли к обсуждению общей обстановки.

— Крестьяне в Гуте[23] выступают против правительства, — сказал Саиб-бек. — Они неплохо вооружены. У них много винтовок. Не представляю, откуда они их достают.

Сабри-бек, обрадованный поворотом разговора, тут же предложил Саиб-беку купить у него партию винтовок. В общих словах он рассказал ему о предстоящей сделке.

«Оружие все равно будет продано, — подумал Саиб-бек. — Так почему же и мне не принять участие в деле? Главное, чтобы оружие было доставлено в Гуту. Если операция провалится, скажу, что я здесь ни при чем. А так на каждой винтовке я смогу заработать не меньше пяти золотых лир. С тысячи винтовок я буду иметь кругленькую сумму».

Не долго размышляя, Саиб-бек выразил свое согласие.

— Я дам задаток за пятьсот винтовок, — сказал он. — А окончательно рассчитаемся, когда получу всю партию в Гуте.

— Завтра ночью в Тель Султан прибудет машина с пятьюстами винтовками, — сказал Рашад-бек. — Через четыре часа подойдет вторая машина. Мы можем договориться и о дополнительных партиях.

— Не исключено, что я сделаю новый заказ, — сказал Саиб-бек. — Я думаю послать оружие в Хауран и Джебель аль-Араб[24].

После ужина Сабри-бек выехал в Алеппо, а Рашад-бек отправился в Бейрут, как и было условлено с капитаном.

Вначале он встретился с Марлен. Та наслаждалась прекрасной погодой, посиживая у фонтана в саду Ильяса. Рашад-бек, жалуясь на усталость, стал вкратце рассказывать о встрече со своими клиентами в Дамаске.

— Больших охотников до оружия в Дамаске не нашлось, — хитрил он. — Но мы все-таки смогли продать винтовки по пять лир за штуку. По две лиры мы возьмем себе как комиссионные. Остальное — капитану и его помощникам. Со мной деньги за тысячу винтовок.

— Кому ты их продал? — живо спросила Марлен.

— Неважно кому, главное, что мы получили деньги, — уклончиво ответил Рашад-бек.

Еще раз сославшись на утомленность, он ушел в свою комнату и завалился спать.

Хозяин дома в пижаме и шелковом халате нервно ходил по комнате и курил одну сигарету за другой. Сев рядом с Ум-Жискар, он спросил ее:

— Скажи мне, что мы имеем от этой сделки? Что они, считают нас за дураков? За все надо платить.

Ум-Жискар обескураженно посмотрела на Ильяса. Она так надеялась поживиться от Рашад-бека, а ее не берут в долю. Хорошенькое дельце! Она принимает и услаждает гостей, а те за ее спиной заключают такие выгодные сделки.

Она резко встала и решительно направилась к Марлен.

— Мадам, с тех пор как мы знакомы, мы во всех делах участвовали вместе. А сейчас ты пытаешься скрытничать. Я тебе нужна только для ублажения твоих клиентов. Через мой дом прошли десятки беков и французских офицеров, которых ты используешь для своего обогащения, — сердито выговаривала Ум-Жискар. — Капитан рассказал мне о вашей операции с оружием. Ты скрыла ее от меня. Ильяс очень недоволен и говорит, что о нас вытирают ноги. Я должна получить свою долю. Неужели ты думаешь, что я удовольствуюсь пустяковым подарком этого негодяя Рашад-бека?

Застигнутая врасплох, Марлен растерялась.

— Это очень деликатное и опасное дело. Я хотела, чтобы о нем знало как можно меньше людей, — оправдывалась она. — Но как ты могла подумать, что мы обойдем тебя? Я сделаю все, чтобы вы получили свою долю сполна.

— Мне известно, что Рашад-бек продает винтовки дороже, чем говорит, — зло сказала Ум-Жискар. — А вы отдаете их ему за бесценок. Нужно поднять цену, тогда нам достанется больше. Рашад-бек выложит денежки. У него полно земли, и он выжимает из своих крестьян столько, сколько захочет.

Марлен попыталась успокоить Ум-Жискар:

— Ты же знаешь, меня не интересуют деньги. Все будет по-твоему. Иди и спокойно отдыхай.

Ум-Жискар стала извиняться: