Читаем Прогулка романтика полностью

Когда Яну было 32 года, большие города стали причинять ему головную боль. Он уехал на восток выращивать чай и розы.

…очевидно, это все, что я знаю о Яне.

[22]

BACKGROUND

Вместо тепла – зелень стекла,Вместо огня – дым,Из сетки календаря выхвачен день.Красное солнце сгорает дотла,День догорает с ним,На пылающий город падает тень.Перемен! – требуют наши сердца.Перемен! – требуют наши глаза.В нашем смехе и в наших слезах,И в пульсации вен:«Перемен!Мы ждем перемен!»Электрический свет продолжает наш день,И коробка от спичек пуста,Но на кухне синим цветком горит газ.Сигареты в руках, чай на столе – эта схемапроста,И больше нет ничего, все находится в нас.Перемен! – требуют наши сердца.Перемен! – требуют наши глаза.В нашем смехе и в наших слезах,И в пульсации вен:«Перемен!Мы ждем перемен!»Мы не можем похвастаться мудростью глазИ умелыми жестами рук,Нам не нужно все это, чтобы друг другапонять.Сигареты в руках, чай на столе – такзамыкается круг, И вдруг нам становится страшно что-томенять.Перемен! – требуют наши сердца.Перемен! – требуют наши глаза.В нашем смехе и в наших слезах,И в пульсации вен:«Перемен!Мы ждем перемен!»

Гр. Кино

Виктор Цой


От лени скоро начнут выпадать волосы. Они падают и легким грузом ложатся на постель, подушку, на плечи. В этом нет ничего ужасного, но твоя лень ужасна.

Твоя одинокая ресница упала мне на ладонь. Она словно линия судьбы – коротенькая, отдельная от родства, любви, дружбы и смерти. Я чувствую ее, она мне кажется хрупкой и беспомощной, но вдруг она меняет всякое мое устоявшееся представление. С маленькой реснички поменялся мир, пускай ненадолго, всего лишь на пару мгновений, но за эти мгновения перед моими глазами пробежала неизвестная мне жизнь.

Твоя критика мне очень полезна, но я не могу смотреть на то, как ты ленишься. В моих глазах жалость, растекающаяся жидкостью, и она не знает границ. Ты думаешь, мне это приятно самому? Взглянуть на себя, так не увидишь во взгляде не то, чтобы искринку, цвета глаз не увидишь, только мутность в глазах.

Тебе не стоит мне верить. Мне самому не стоит верить в это, мои уши и так не слышат из-за проникающего всюду шума. Трудно разобрать, что ты говорила… хотя ладно, не стоит, правда. Движение твоих мыслей приняло хаотичный характер. Словно не обращаешь внимание ни на себя, ни на тебя, ни на какой-нибудь предмет. Сад камней, вот что тебе нужно. Каждый день ты будешь смотреть на камни, каждый новый день взглядом будешь пробегать камень за камнем. Пройдет много времени, никто не может точно сказать, сколько потребуется провести времени за этим занятием, пока ты не запомнишь каждый камушек, каждую песчинку, и они не представятся тебе одной четкой картиной. Ты будешь созерцать, обращая себя в пустоту, которую только вначале не сможешь разглядеть. Я оставляю место для твоих слов. Получится другой смысл, но он всегда будет добрым. Есть мужской взгляд на вещи, есть женский. У каждого своя жизнь, разные друзья, разная работа. Белое и Черное. Но везде присутствует смысл. Если же он теряется, и не удается вернуться назад к рождению мысли, вспомнить ее конструкции, то не стоит расстраиваться. Всему свое время, нужно только двигаться вперед. Назад возвращайся лишь с одной целью – завершить незавершенное дело.

Не буду сравнивать, где быстрее рождаются слова: на бумаге или на устах. Случайным образом из слов составляются предложения. Проходит много дней, и все, что связано с ними, улетучивается как пепел, который разлетается по ветру, ветру перемен. Ветер расскажет тебе обо всем, он хранит память, как вода хранит информацию о поколениях. Тебе выпала уникальная возможность узнать меня получше и прослезиться между строк. Ты научилась выдерживать паузу в предложениях, анализировать текст, прослеживая движение мысли. Ты преуспела.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1. Щит и меч. Книга первая
1. Щит и меч. Книга первая

В канун Отечественной войны советский разведчик Александр Белов пересекает не только географическую границу между двумя странами, но и тот незримый рубеж, который отделял мир социализма от фашистской Третьей империи. Советский человек должен был стать немцем Иоганном Вайсом. И не простым немцем. По долгу службы Белову пришлось принять облик врага своей родины, и образ жизни его и образ его мыслей внешне ничем уже не должны были отличаться от образа жизни и от морали мелких и крупных хищников гитлеровского рейха. Это было тяжким испытанием для Александра Белова, но с испытанием этим он сумел справиться, и в своем продвижении к источникам информации, имеющим важное значение для его родины, Вайс-Белов сумел пройти через все слои нацистского общества.«Щит и меч» — своеобразное произведение. Это и социальный роман и роман психологический, построенный на остром сюжете, на глубоко драматичных коллизиях, которые определяются острейшими противоречиями двух антагонистических миров.

Вадим Михайлович Кожевников , Вадим Кожевников

Детективы / Исторический детектив / Шпионский детектив / Проза / Проза о войне