Читаем Профессия – киллер полностью

Из кустов возле дальней обочины, прямо напротив нас, выползли два мужика и беспечно встали на краю канавы, готовые перепрыгнуть через нее и оказаться на шоссе.

Наш начальник аж ахнул от удивления, с шумом вдохнул воздух и произвел мычание.

Звук работающего двигателя медленно приближался к шоссе. Секунды летели.

— Мочим!!! — лихорадочно шепнул я, снимая «магнум» с предохранителя. — Я правого, ты, Славик, левого. Серега, страхуй…

Мы выстрелили практически одновременно. Я совсем забыл, что на пистолете глушитель. Привык за короткое время, что у меня за поясом торчит «магнум» с необычно длинным стволом, поэтому слегка приоткрыл рот и напрягся — чисто рефлекторно. Так же непроизвольно я сделал второй выстрел — спустя секунду, хотя в этом не было необходимости.

Выстрелы прозвучали очень тихо: пук, пук — готово. Двое на той стороне упали, как мишени на стрельбище. Их обоих мотануло назад — и все. Ни крика, ни стона.

— Вперед! — рявкнул я и ломанулся через кусты.

Преодолев предполагаемые двадцать метров, я схватил тело одного из убитых и несколькими рывками втащил его в заросли акации. То же самое Славик с Серегой сделали со вторым.

Несмотря на то, что мы все сделали с большой поспешностью, можно сказать, молниеносно, мне показалось, что прошла целая вечность с того момента, как прозвучали выстрелы.

Забыв, что рядом со мной бывалые оперативники, я автоматически узурпировал руководящие функции. Обстановка переместилась в измерение «война», а в этом измерении я ориентировался, как мне казалось, лучше их.

— Мужики, замрите здесь. Как остановятся, мочите тех, кто на переднем сиденье, я обработаю сзади. Смотрите, двигатель берегите!

Я ломанулся по кустам вдоль грунтовки, максимально пригибаясь и глядя на дорогу. Надо было успеть оказаться в тылу вражьей техники, тогда будет больше шансов.

Во время передвижения меня сверлила мыслишка: хватит ли у мужиков ума не распределяться по обеим сторонам дороги? Если не хватит, они окажутся в секторе стрельбы друг друга… Наверное, хватит, они бывалые, должны сообразить.

Вот оно! Я замер и присел. Из-за поворота, светя ближними фарами, выползла «ГАЗ-31» и медленно поплыла в сторону шоссе. Когда машина проезжала мимо меня, я с трудом подавил желание тут же открыть огонь. Они были рядом, всего в трех метрах!

Но существовал очень большой процент неуспеха: я совершенно не мог разглядеть, где кто расположен в салоне, потому что сначала меня ослепил свет фар, а потом я просто не смог быстро адаптировать зрение.

Удалившись от меня метров на двадцать пять, «Волга» встала у въезда на шоссе.

Я выполз на обочину, ползком же подтянулся метров на пять вперед — на большее не хватило времени, затем встал на колено, вытянул руку с пистолетом в направлении машины. Очень хорошо, что на заднем стекле товарищи не присобачили никаких причиндалов типа жалюзи или сетки. Спасибо ГАИ, отлично работает!

В тусклом свете дорожных фонарей я видел в машине силуэты двух голов. Третья вполне могла сливаться с водительской башкой или того, кто справа, — разберемся…

Дверь со стороны водителя открылась, силуэт головы сдвинулся влево — пусто. Ага, значит, если есть третий, то справа.

Раздался свист, потом еще. Затем водила крикнул:

— Эй, вы чо там, долбитесь, что ли?

Тщательно прицелившись в правый силуэт, я нажал на спусковой крючок. Водилу сделают соратнички. Тут же раздались гулкие хлопки слева от машины — вот и они заработали.

Я рванул вперед, держась левой обочины, и на ходу отметил, что водила вывалился из машины, а силуэт справа исчез. В процессе моего перемещения соратники еще четыре раза стрельнули. Ответного огня не было.

Добравшись до машины, я хотел было опереться о багажник, но Серега, вынырнувший из кустов, оттолкнул меня.

— Пальчики…

— Ага, понял…

Славик тоже подтянулся к полю брани.

В салоне находились трое, точнее, двое с половиной — водила наполовину вывалился и, нелепо изогнувшись, уткнулся лицом в землю.

Молодец, Славик, стратег!..

Потом начальник щупал у них пульс, а мы с Серегой притащили из кустов двоих лишенных жизни несколько ранее.

— Готовы, — сообщил руководитель операции бесстрастно, словно речь шла о паре котлет.

Я прислушался к ощущениям: пока ничего, сердце работает, как хорошо отлаженный мотор, слюноотделение в норме, анализ воспринимаемой информации адекватен реальной действительности.

Тем, кто сам это не испытал, объяснить довольно сложно. Нормальный человек при убийстве себе подобного в первый раз впадает в самый настоящий ступор.

Часто в фильмах про боевые действия показывают, как молодой солдат, убив в рукопашном бою врага, встает рядом с ним на колени и отрешенно смотрит на поверженную жертву. А надо быстренько перемещаться — ведь убьют же! «Ну чего ты сидишь, идиот! Беги!» — кричит порой рассерженный зритель. Это тот кричит, кто не понимает.