— Да уж имеет. — Внезапно голос Дона стал жестким, можно сказать, злым. — Мила — дочь моего приятеля, которого уже нет в живых. Когда ее отца прикончили во время разборки, мать не смогла прокормить двух детей — ее и младшего брата. Мила пошла на панель — содержала братишку и спившуюся через некоторое время мать. Четыре года назад я нашел ее в одном из притонов Баку. Почти год ушел на то, чтобы снять ее с иглы, вылечить в психическом плане и сделать из нее первоклассную секретаршу. Мамаша ее уже покоится на кладбище — умерла от белой горячки, а брат сидит за убийство… И она, конечно, прекрасная дама, тем более она была проституткой. Если у тебя такие серьезные намерения, подумай, сможешь ли ты забыть тех мужиков, которые ее того, а?!

Глава 6

После чрезвычайного происшествия на ковре приемной ритм моего существования действительно изменился. Я бы сказал, что изменилась моя жизнь, но это будет неверно, поскольку, как учит старик Конфуций, жизнь человека — это движение от одной точки, начальной, до другой, конечной. И каждый так или иначе этот путь проходит: один ускоренным шагом от привала к привалу, с привкусом крови во рту и по́том в ложбинке между лопаток, может быть, с вещмешком товарища, получившего тепловой удар; другой — позади общей колонны в санитарной машине, с любопытством наблюдая за страданиями других, поскольку он умудрился до старта превратить потертость на ноге в инфицированную рану… Во как!!!

Так что изменился только ритм моего существования. Я, как и обещали, начал вкалывать. А Дон, так я понял, с интересом присматривался, оценивал степень моей работоспособности. В одном только мой шеф слегка просчитался. Или, может, будет лучше сказать — не учел одного фактора.

При всей своей гениальности и совершенстве он никогда не был военным. Дон закончил университет, был преподавателем, стал бизнесменом, но с военным делом никогда не сталкивался.

Чем отличается военный от штатского? Да ничем, скажете вы: руки, ноги, голова (утверждают, что с одной извилиной — от фуражки) — все одинаково… Все, да не все! Сейчас объясню.

На гражданке люди работают и получают за это деньги. У разных граждан — разная степень ответственности, различное положение согласно табели о рангах. Но всех их объединяет одно: они работают и получают за это деньги.

А в армии деньги платят не за работу! Это военная тайна, но, поскольку она не значится в реестре нулевого допуска, я ее раскрою. Военные получают: оклад по воинскому званию, оклад по должности, за выслугу лет и продпайковые. И коэффициенты. Про работу, заметьте, ничего не сказано. Вот так. В армии не работают. Там решают задачи.

Существуют такие аббревиатуры: СБД и СБЗ. СБД — служебно-боевая деятельность. Для непосвященных: это то, чем занимаются подразделения и части. А служебно-боевая деятельность состоит из решения СБЗ — служебно-боевых задач. Задачи бывают перспективные, текущие — повседневные — и внезапно возникающие.

Вот об этих внезапно возникающих задачах я бы мог рассказывать очень долго, но боюсь утомить вас такой тягомотиной, поскольку по объему это тянет на отдельную книгу. А если вкратце, происходит все следующим образом.

Обычная войсковая часть. Все идет по плану: боевая учеба, караулы, служба разного рода, досуг, воспитательная работа и так далее. Это организовать несложно, если имеются опыт и соответствующие условия.

Теперь представьте себе штаб округа с непомерно раздутыми штатами, кучей отделов и массой подполковников и полковников, гнездящихся в тесных, но уютных кабинетах, получающих те же деньги, что и линейные офицеры, и не желающих расставаться со своими насиженными местами.

Так вот, чтобы как-то оправдать наличие своей должности, показать ее необходимость и значимость, полистает какой-нибудь подполковник в перерыве между обедом и чаепитием «руководящие» документы, заглянет в казарму батальона обеспечения на минутку — оп-па!!! Пирамиды желтого цвета. А что-то больно яркий для казармы колер, больно яркий… Угу!

И пошло-поехало. В течение недели — испарина на лбу, задумчиво-сосредоточенный вид, обоснование на 64 листах через интервал и — проект приказа: пирамиды должны быть шарового цвета (серые). И — к начальнику: трудимся! Вот и готово! Распоряжение за номером таким-то пошло в войска.

После чего в распорядке дня части появляется маленькая брешь. Командир части звонит командирам подразделений и полчаса ставит задачу. Те, оторвавшись, допустим, от заполнения книги службы, чешут затылки, выражая посредством широко распространенных слов узкоспециальной направленности свое отношение к тому, кто это распоряжение родил, в частности и ко всему управлению округа в целом.

Потом, дочесав затылок, вызывает старшину, который бросает инструктируемый наряд, и командиров взводов, поскольку пирамиды закреплены за взводами. Следует подробный инструктаж относительно нововведения, затем старшина отправляется добывать краску, кисти и так далее, а командиры взводов, похерив занятия, организуют вытаскивание оружия из пирамид.