Мутант, стоящий рядом с Ангелом, нахмурился в явном недоумении. Вижу, как Ангел пристально на него смотрит. Что-то тут неладно. Потом мутант наклоняется к соседке и шепчет ей на ухо так тихо, что слов мне не разобрать.

Но Ангел, похоже, довольна, и у меня перехватывает дыхание.

— Что происходит, моя девочка? — шепчу я ей сквозь зубы.

— Сейчас начнется что-то интересное, — на лице у нее сияет удовлетворенная улыбка.

— Поясни, что ты имеешь в виду под «интересное»?

— Сейчас все сойдут с ума.

— В каком смысле?

— В потрясающем, — она обводит глазами толпу.

— Настало время решающей схватки! — вещает в рупор Директор.

И тут небеса разверзлись… Как бы тебе это описать, мой дорогой читатель? Представь себе, что мутанты наглотались веселящего газа и спустили все тормоза. Повсюду завязались мелкие и крупные драчки. Мутанты колотят кого ни попадя. Многие хорошо натренированы на рукопашный бой, но даже они попросту пустили в ход когти и зубы. Короче, дубасят друг друга, кто во что горазд.

— Внимание! Стоять! Что происходит? — орет вне себя Директор.

— Они просто больше не хотят здесь находиться. Им надоело тебя слушать, — спокойно комментирует Ангел, обозревая происходящее.

— Мы больше не хотим здесь находиться! — вопит многоголосая толпа мутантов.

— Им надоело быть «образцами под номером Х». Они заслуживают человеческого отношения, — тихо поясняет Ангел.

— Нам надоело быть «образцами под номером Х»! Мы заслуживаем человеческого отношения! — вторят ей все как один мутанты.

Так-так… Я внимательно оглядываюсь вокруг, оценивая возможности побега.

— Они не пешки. Не результаты ваших экспериментов, — продолжает Ангел.

— Мы не пешки! Не результаты ваших экспериментов! — ревет толпа.

— Они люди, клоны или мутанты, не имеет никакого значения. Они все, в первую очередь, люди. — Ангел пододвигается ко мне вплотную и берет меня за руку.

— Мы люди, мы тоже люди! — грозно гремит по двору.

— О'ке-е-ей! — я собираю вокруг себя Надж, Ангела, Ари и Тотала. — Делаем ноги. Сначала все к стене, пробирайтесь вдоль нее, а там посмотрим, может, найдем где-нибудь лазейку.

Они кивают, и мы начинаем пробираться сквозь царящий всюду хаос, отражая на ходу тычки и удары и распихивая всех попавших под руку.

— Роботы! — командует Директор, и флайбои мгновенно передергивают затворы. — Немедленно взять толпу под контроль!

120

Как будто мало того, что все вокруг молотят направо и налево. Теперь еще на нас накинулись кровожадные роботы. С пушками.

Продолжаем пробираться сквозь толпу к замковой стене. Вижу, как флайбои вклинились в бушующее на тюремном дворе море. Никому от них нет пощады.

— Почему они все дерутся друг с другом? — удивляется Надж у меня за плечом. — Им бы логичнее было всем объединиться против флайбоев.

— Правильно! Как же я сразу не додумалась, — Ангел на секунду останавливается. Брови ее напряженно сплетены.

И тут, один за другим, мутанты вокруг нас прекращают драки, оглядываются по сторонам и обрушиваются на флайбоев.

Хватаю Ангела за руку и, пригнувшись, снова проталкиваюсь сквозь царящую повсюду сутолоку.

— Ты очень, очень опасный ребенок, известно тебе это? — ласково укоряю я ее.

Она довольно улыбается.

Я даже не заметила, как чуть не врезалась в плотный строй флайбоев. Взгляд вверх — надо мной нависла черная механическая харя ирейзера, светящаяся красными лампочками электронных глаз.

— Вам приказано стоять! — монотонно нудит флайбой.

— А колесо от троллейбуса не хочешь? — бросившись на него, сбиваю его с ног. Это предпоследняя модель, и мне удается вырвать у него автомат.

Но увернуться от его соседа уже не удается. Второй флайбой так огрел меня прикладом по голове, что только искры из глаз посыпались. С трудом устояв на ногах, чувствую, как кровь хлынула из раны, и за воротником становится горячо.

А стая уже работает вовсю. Надж высоко подпрыгнула и с места взвилась в воздух. Хлопает крыльями над двором, но высоко не поднимается, зависла под электрифицированной сетью. Тотал впился в щиколотку флайбоя, и мне слышно, как клацнули по металлическому каркасу, прорвав тонкую шкуру, его зубы.

— Бей в основание позвоночника! — раздается у меня за спиной.

Разворачиваюсь и вижу пробирающегося к нам Джеба. Руками и ногами он отражает сыпящиеся на него со всех сторон удары.

— Бей их в основание спинного хребта, — подсказывает он. — Там изъян в конструкции.

Какие, спрашивается, у меня причины ему верить? Ну, вешал он мне лапшу на уши, что он мой отец. И что с того? Но, с другой стороны, терять мне нечего. Почему не попробовать?

Увильнув от только что звезданувшего меня флайбоя, захожу ему с тыла и изо всей силы сбоку поддаю ему ногой прямо по копчику. Хрясь! Ноги у него подгибаются, и все его туловище, как на шарнирах, складывается от бедра пополам. Он валится в пыль, и через секунду полностью гаснут лампочки его глаз.

Ура! Вот что значит знание — сила!

121