Читаем Проект «Hydra Sapiens» полностью

Пловец развернулся и пошёл в другую сторону, задевая людей, спотыкаясь с непривычки, ударяясь то и дело о станины гарпунных пушек, смотрящих своими хищными клювами в бойницы высоких бронированных бортов. На юношу никто не кричал, не толкал его – как будто он был здесь всегда. Один раз, когда сильно качнуло, его даже поддержали, больно прихватив за локоть.

Теперь судно, и без того кажущееся большим, Пловец смог оценить по-настоящему. Оно было не просто большим, оно было огромным! и прекрасно оборудованным.

Добравшись до середины палубы, Пловец опёрся руками о высокий борт, перегнулся через него и засмотрелся на вращение гигантских колёс. Корабль шёл с невероятной скоростью, вёсла взлетали как крылья, ритмично и величественно, колёса вращались, неистово отбрасывая назад воду, в мареве мелких брызг мерцали многоцветные радуги.

Вся центральная часть палубы представляла собой огромные ящики-ёмкости, гружённые углём. Трое перепачканных солдат, цепляя уголь широкими деревянными лопатами, подавали его в отверстие металлической трубы, под углом уходящей в пол. Работали они, стоя на самих ящиках, проход между бортами корабля и их площадкой был отгорожен деревянными щитами. Ещё дальше от пола до потолка посередине палубы громоздилась черная металлическая колонна – очевидно, та самая труба, из которой шёл дым. «Каково её назначение?» – всё раздумывал Пловец. Всю же палубу от носа до кормы покрывала металлическая крыша с загнутыми вниз краями, опирающаяся на толстые металлические опоры. «Сколько железа!» – подумал Пловец.

Он отправился дальше, миновал ещё ряд гарпунов и в самом конце палубы увидел великолепный шатёр, наподобие тех, которые используют Песчаные кочевники, но только значительно больше и красивее. Здесь по бокам шатра пространство от крыши до бортов было затянуто цветными тканями, шелестящими и будто поющими на ветру, что создавало и тень, и ощущение уюта. Дощатая палуба была приподнята на три ступеньки и выстлана толстыми коврами. Кое-где стояла массивная мебель с мягкой обивкой – диваны, кресла, пуфики, сундуки. Такую он видел только однажды – среди товара, привезенного Галерщиками на продажу в одно из поморских поселений.

Два солдата сидели на скамье, один расположился в кресле у входа в шатёр. Здесь были и женщины – пожилая чернокожая в белых длинных одеждах и светлокожая толстуха помоложе, одетая по-солдатски – шаровары, рубаха с кожаным поясом, сандалии.

Женщины накрывали на стол, красующийся посередине.

Пловец было развернулся чтобы уйти, но его окликнули. Толстуха поманила его рукой и указала на шатёр.

– Иди, везунчик, – криво усмехнулась она, – тебя ждут!

Один из солдат поднялся со скамьи.

– Давай, давай! – подбодрил и одновременно приказал он. – Проходи, не бойся.

Пловец прошел мимо стола, отодвинул полог и, пригнув голову, вошёл в шатёр. Хозяйка сидела в кресле, поджав ноги крест-накрест под себя. Она была почти голая, если не считать шёлковой почти прозрачной рубашки, что ничуть не смутило юношу, привыкшего к наготе своих соплеменников. Женщина, напротив, всматривалась хитро и внимательно ему в глаза. От этого взгляда Пловцу стало как-то не по себе.

– Садись! – указала она ему на ковёр. Голос её звучал низко и отрывисто. Пловец присел неловко.

– Рассказывай! – приказала она тоном, не терпящим возражений, спустила одну ногу с кресла, поставив её юноше на колено. У него перехватило дыхание от страха. Он вперился в маленькую загорелую ножку и выше, глядя исподлобья на шрамы, покрывавшие икры, колено и подъём стопы.

– Что рассказывать? – выдавил он из себя.

– Всё рассказывай, да поподробней. Так ты шпион? Ведь шпион же! – повысила она голос.

Она пододвинулась вдруг вплотную, и схватив Пловца за подбородок, развернула его лицо к себе.

Невольно он посмотрел ей в глаза и отпрянул в испуге – В её черных, как угли, огромных глазах он увидел пламя огня. Он не сопротивлялся, он только прошептал:

– Я не шпион. Я пловец. Я просто живу в этом море. Я добываю его дары.

Он почувствовал прикосновение её тела и в испуге оттолкнул женщину.

Она, падая назад, с неожиданной силой, не соответствующей её росту и сложению, потянула Пловца за собой и, упав на спину, обездвижила его в своих объятиях.

– Пловец, пловец, пловец… Ты будешь моим лучшим рабом, – прошептала она ему прямо в лицо. – А я – самой лучшей твоей добычей. Страшно? – неожиданно тихим голосом спросила она. Он промолчал. Она взяла его руку и опустила себе на плечо. Через тонкий, почти прозрачный шёлк пальцы коснулись шрамов.

– Боже мой, сколько шрамов, – произнёс он и почти не услышал собственного хриплого голоса.

– Я, дорогуша, боец… По иронии судьбы я когда-то была Воином в нашем проклятом Городе, под видом мальчишки, конечно… Лет пятнадцать назад. Но я смогла улизнуть со своим маленькими братом… И сестрой… – прошептала она ему прямо в глаза, почти прикасаясь губами к его переносице. – Теперь я сама себе хозяйка. И твоя хозяйка тоже…

От неё сильно пахло вином. Грудь её коснулась его живота.