Читаем Продавец крови полностью

Алена жила в центре. Новый дом, вычурная архитектура. Чтобы попасть во двор, нужно было въехать под бело-розовую арку. Я свернула и уткнулась в шлагбаум. Приехали.

Парковаться пришлось на проспекте. Двор оказался уютным: свободное пространство заметали деревья, солнце расчертило дорожку тенистыми и солнечными пятнами. Близость шумного проспекта почти не ощущалась — всего в пяти метрах от него образовался тихий уголок. Фантастика. И что немаловажно — в самом центре города.

Я подумала, сколько здесь стоят квартиры и на всякий случай сверилась с номером дома. Ошибки быть не могло — Алена жила в этом райском местечке.

На подъездной двери красовался магнитный замок. Можно, конечно, позвонить, но вряд ли Алена откроет. Подожду, пока кто-нибудь не выйдет.

Внезапно Алена показалась на балконе второго этажа и, облокотившись на перила, закурила. Я укрылась под козырьком, пока охотница меня не заметила.

Она лениво курила, разглядывая двор с таким кислым видом, будто он у нее сидит в печенках. Небрежно запахнутый легкий розовый халат щедро открывал шею. Алена совсем не стеснялась шрамов. Свою странную прическу она разобрала, и темные волосы висели вдоль спины.

Через минуту Алена щелчком выбросила окурок и скрылась в квартире. Балконная дверь осталась открытой.

А что, неплохая идея.

Соблюдая осторожность, я выбрала ближайшее дерево и уцепилась за нижнюю ветку. С моим весом драться плохо, а лазать хорошо — я оттолкнулась от ствола каштана ботинком, подтянулась и оседлала ветку.

Снизу казалось, что она подходит к перилам, но пришлось прыгать — и поскорее, пока никто не заметил. Каштан был в цвету, так что на балкон я приземлилась, измазавшись в пыльце.

Приблизившись к двери, я заглянула в комнату.

В проходе трепетали нежные шелковые шторы. Алена лежала на широченной кровати и дремала, прикрыв глаза сгибом локтя. Длинные загорелые ноги она закинула на спинку кровати.

Отодвинув шторы, я тихо вошла в комнату.

— Привет, — сказала я, предвкушая бурную сцену.

Алена не шелохнулась. На умиротворенном лице не дрогнул даже мускул. Присмотревшись, я заметила в ушах черные проводки, рядом валялся телефон.

Я обескуражено подняла брови. Что ж, тем лучше — смогу осмотреться.

Комната была просторной, но мебели немного — основное пространство занимала кровать. У стены стеллаж, в углу — кресло и журнальный столик, заваленный косметикой и бижутерией. Комбинация из белых и сиреневых обоев навевала холод. Плохой выбор для спальни.

За стеллажом обнаружилась дверь. Я приоткрыла ее и почувствовала легкий запах духов и пыли — гардеробная.

Квартира была однокомнатной, но большой, в прихожей можно было приземлить вертолет. Под вешалкой, на куче туфель валялась сумка.

Я прихватила ее и продолжила осмотр. Кухня оказалась светлой и чистой. Количество бытовой техники зашкаливало, но в шкафчиках почти нет посуды. В дорогом современном холодильнике чахли пучок салата и кефир.

Дорого, но не обжито — скорее всего, Алена ее снимает.

Я покопалась в сумке: духи, сигареты, деньги, в кармашке для мобильника — огрызок от яблока. Я вернула сумку на место.

Пора поднимать Алену.

Уже не скрываясь, я подошла к кровати и выдернула из ушей проводки от наушников.

Алена подпрыгнула и завизжала, огромные от испуга глаза лезли на лоб. Собрав в горсть ворот халата, она застыла, съежившись на кровати в комок.

— Тебя так пристрелят когда-нибудь. Балкон открыла и лежит, музыку слушает.

— Как ты сюда попала? — промямлила она.

Я молча показала на балконную дверь.

Алена вдруг прищурилась, рывком подтянулась к краю кровати и спустила ноги на пол. Выглядела она, как тигрица, готовая к прыжку.

— Кто тебе разрешил ко мне вламываться? — жарко спросила она. — Кто ты такая?

— Городская охотница, — напомнила я.

— Я наводила справки, городской охотник ничего предъявить мне не может! Это просто название для убийцы мэра! Какого черта ты ко мне привязалась?

Я хмыкнула, не в первый раз слышу подобные обвинения. Если она хотела меня уесть — не получилось.

— И где же ты наводила справки?

— Не твое дело! — Алена вскочила, отбросив волосы за спину, и я увидела на шее свежий лейкопластырь.

В прошлый раз его не было. Этой ночью Феликса кормила Светка, так что появление новых укусов вызывает вопросы.

Выносливость Алены заслуживала уважение. Ее сосали все, кому не лень и могу ручаться — она не захочет, чтобы Феликс об этом знал.

— Думаешь, он не заметит чужих следов? — я показала на шею.

Алена раздраженно запахнула халат.

— Да пошла ты!

— Не боишься, что я Феликсу все расскажу?

Ее лицо закаменело, четко проступили желваки.

— Ну и говори. Он все равно не поверит!

— Ага, — усмехнулась я. — Думаешь, вампиры идиоты?

Алена скривила губы, словно раскусила что-то горькое и плюхнулась обратно на кровать.

— Как ты меня достала… Да и плевать, рассказывай… Попсихует и успокоится.

— Не очень-то ты его боишься.

— Если бы я всего боялась, у меня бы этой квартиры не было.

Я окинула комнату взглядом:

— Ну и что, стоило оно того?

— Чего тебе надо? — с ласковым ядом спросила Алена. — Опять пришла морали читать? Ладно, пошли на кухню, поговорим.