Читаем Продавец крови полностью

— Наверное, ты прав, — ответила я.

— Наверное? А ты не думала, что не заметить нового вампира в городе и уничтоженную группу охотников в принципе невозможно?

— Что ты хочешь сказать?

— Только то, что внутри они все звери. И не важно, кто это — респектабельный мэр или убийца. Продавец крови живет здесь официально, Кармен. Он не скрывается.

— Эмиль к этому не причастен, — твердо сказала я.

— А ты хорошо его знаешь?

Егор срезал меня напрочь. Эмиль перегрыз мне горло, когда ему это понадобилась. И ничего бы его не остановило, кроме грубой силы. Я знала, кто он такой. И мне не нравилась эта истина.

Я молча завела двигатель. Пора возвращаться.

Да, с Эмилем нужно быть осторожной. Он беспокоится только о себе. На меня он плевать хотел, как и на остальных в городе.

Таков наш мэр, но ничего не поделать — демократичные выборы здесь не в ходу.

— Последний вопрос. За что ты выслеживал продавца крови до того, как он расправился с твоими охотниками?

— Я же говорил, — устало вздохнул Егор. — Он убил женщину. Ее звали Анна Золотова. Я не знаю, в чем он еще виновен, но нам заплатили за нее.

Когда я добралась до дома, сумерки подступали к самым окнам. Эмиль наверняка уже проснулся. Надо позвонить и напомнить о себе. К тому же, вдруг он беспокоился, когда я исчезла?

Не раздеваясь, я прошла в комнату и упала в кресло. Пальцы немного дрожали, пока я набирала номер.

Я усмехнулась, слушая длинные гудки.

Эмиль беспокоился? Обо мне? Наверное, меня в машине укачало.

Внезапно он снял трубку и резко спросил:

— Яна? Это ты?

Слова застряли в горле. Я привыкла думать о нем отвлеченно, как о чем-то далеком, и живой голос обескуражил. Сердце ухнуло куда-то вниз.

— Привет, Эмиль, — выдавила я.

— Где ты была? Я думал, тебя в живых нет.

— Уезжала.

— Почему не предупредила?

Я не придумала отговорок заранее и сказала правду:

— Не посчитала нужным. Какая тебе разница?

В трубке раздался шорох, и Эмиль дал кому-то отбой: «Подождите, важный звонок». Вот как.

Если начнет врать, что искал меня — не поверю. Смог бы найти, если бы хотел. Значит я права: никому не интересно, в городе я или нет.

— Ты дома? — спросил Эмиль. — Я приеду.

— Зачем? — испугалась я.

— Что значит — зачем? Ты исчезаешь и потом падаешь, как снег на голову. Что за детские выходки? Или приезжай сама. Я пришлю за тобой машину.

Я тщательно облизнула губы, раздумывая над ответом. Что плохого случится, если мы встретимся в неформальной обстановке? Пистолет со мной. Ладно, прихвачу пару лишних магазинов.

— Присылай, — решилась я.

— Через полчаса, — пообещал Эмиль и положил трубку.

У бывшего слова не расходятся с делом: если он сказал, что машина скоро будет — значит, пора собираться.

К тому моменту, как автомобиль просигналил под окном, я была готова с ног до головы, надела кобуру и застегнула плащ.

Эмиль прислал свой старый джип. Кровосос за рулем вежливо поздоровался и улыбнулся. Надеюсь, этот парень не съест меня по дороге.

На улице стемнело, вдоль дороги горели фонари. В их свете водитель выглядел несколько зловеще — темный силуэт с бледным лицом. Я хмуро отвернулась к окну, размышляя, что рассказать Эмилю, а что лучше оставить при себе.

Ладно, сначала нужно восстановить отношения, а потом уже открывать рот.

Хорошо, что взяла пистолет. Он хоть немного грел душу.

Вскоре мы были у особняка Эмиля. Перед джипом открывались автоматические ворота. За ними виднелась заасфальтированная площадка с большой клумбой посередине, в ней, кроме сорняков, ничего не росло еще со времен старого мэра.

Дом был большим, двухэтажным и даже подавлял. Как здесь можно жить, не понимаю. От ворот открывался вид на центральную часть и правое крыло. Свет горел лишь в нескольких окнах — в холле на первом этаже, каморке охраны и кабинете Эмиля.

Джип осторожно объехал клумбу по кругу и остановился у парадного входа.

На крыльце меня встретил охранник, он стоял на верхней ступеньке, засунув пальцы за ремень.

— Здравствуйте, Яна Сергеевна, — вежливо сказал он. — Как добрались?

— Чудесно, — сварливо ответила я, и охранник открыл дверь.

Когда я попала в холл, Эмиль спускался по лестнице. Он остановился, и мы разглядывали друг друга, пока он, наконец, не сказал:

— Ты вернулась, — таким тоном, словно до последнего в этом сомневался.

— Вернулась, — подтвердила я.

Сначала показалось, что Эмиль не сильно изменился, но вдруг заметила несколько новых морщин на лбу. Уголки губ отвисли, придав и без того жесткому лицу злобное выражение. Крупные, грубые черты дисгармонировали с мягкими светлыми волосами, в которых прибавилось седины. У нас значительная разница в возрасте — пятнадцать лет и сейчас она стала заметна.

Кажется, должность мэра оказалась тяжелее, чем нам казалось.

Эмиль так же жадно разглядывал меня.

— Отлично выглядишь, — заключил он.

— Ты тоже, — покривила я душой.

— Идем наверх.

Я пожала плечами и начала подниматься по лестнице. Было слегка неуютно рядом с ним — чувство знакомое до боли.

По лицу трудно судить, но вроде бы Эмиль мне рад. Так почему я нервничаю? Вопрос остался без ответа. Как и все вопросы в этом доме.