Читаем Продается планета полностью

— Сегодня я разговаривал с доктором Уикрайтом. Он уже не молодой человек и редко прибегает к своим хирургическим талантам. Его операции стоят дорого, в среднем десять тысяч долларов.

— Не верю, — отрезал Кол. — Никогда не слышал об < этом человеке.

— Я тоже до нынешнего года никогда не слышал о психосемантике, — улыбнулся Уэри — Но теперь, когда я о ней услышал, мистер Донхью, я полон решимости получить эти знания в свою собственность. Я, кажется, выражаюсь достаточно ясно?

Нэва встала рядом с Колом.

— Нет, не достаточно, мистер Уэри. Если Кол отдаст вам свои знания, гарантируете ли вы, что он снова сможет ходить?

— Почти уверен. Если вы сомневаетесь, зайдите к самому доктору Уикрайту. Но не рассчитывайте на благотворительность, миссис Донхью, — этот номер не пройдет. У Уикрайта превосходное положение. Если бы он занимался благотворительностью, у него было бы столько посетителей… — он развел руками.

— Хорошо, — сказал Кол, — если это все, что вы имеете сказать, мистер Уэри, разговор окончен.

— Вас это совсем не интересует?

Нэва открыла было рот, но муж не дал ей сказать ни слова.

— Абсолютно, — ответил он. — Прощайте, мистер Уэри. — Великан поднялся.

— По крайней мере обдумайте мое предложение, — сказал он. — Я понимаю, мистер Донхью, как это трудно для вас. Такой активный человек, как вы, и вдруг прикован к своей тюрьме на колесах. Если бы вы были здоровы, вы могли бы получить хорошее место преподавателя. А ваша бедная жена, конечно…

— Вон! — крикнул Кол.

Гость встал, поклонился и вышел.

В пятницу вечером, на пятый день после визита Уэри, Кол Донхью очнулся от дремоты в своем кресле и, взглянув на кухонные часы, вдруг встревожился.

Было половина девятого.

Недоуменно посмотрев на циферблат, он перевел взгляд на темный проем окна. В небе мерцали звезды.

— Нэва! — позвал он громко.

Ответа не последовало. Он испугался. Как обезумевший, посаженный в клетку зверь, он объехал всю свою маленькую квартиру. Только через пять минут ему пришло в голову включить свет. Сделав это, он оглядел комнаты и прислушался к тишине, наполнявшей пустую квартиру.

Он подъехал к телефону и стал набирать рабочий телефон Нэвы. Потом вспомнил, что коммутатор муниципалитета, где работала жена, выключается в шесть. Он положил трубку, подъехал к двери, прислушиваясь к внешним звукам. Она никогда еще не возвращалась так поздно. Если с ней что-нибудь случилось, тогда зачем ему жизнь?

В девять он услышал знакомые шаги на лестнице.

— О Кол, — сказала она входя, — прости, ради бога, я… мне пришлось зайти в магазины. Я думала вернуться к половине восьмого, но столько народу…

— Что ты купила?

— Что купила? — знакомым ему жестом она провела рукой по волосам.

— Это неправда, Нэва. Ты не ходила по магазинам. Где ты была?

— Говорят тебе, в магазинах. — Она сбросила пальто и прошла на кухню. — Я приготовлю ужин, сию минуту.

— Нэва!..

— Ну, пожалуйста, Кол!.. Ты, наверное, умираешь с голоду.

— Я не хочу есть. Я хочу знать правду.

На кухне Нэва очень громко гремела кастрюльками и сковородками. Кол яростно сдвинул с места кресло-каталку и последовал за ней.

— Что случилось, Нэва? Что ты делала так поздно? Может быть… Может быть, здесь замешан мужчина?

Она повернулась так резко, что задела бедром ручку кастрюльки, и та грохнулась на пол.

Нэва бросилась к Колу и уткнулась головой ему в грудь.

— Нет! Нет! — В ее голосе слышались приглушенные рыдания. — Не хочу, чтобы ты так думал, Кол! Не позволю!

— Тогда что же?

Она подняла глаза.

— Деньги, Кол. Сегодня вечером я заработала немного денег. Может быть, и недостаточно, но если мы поговорим с этим человеком и узнаем…

— Деньги? О чем ты говоришь?

— Семь с половиной тысяч долларов, это самая высокая цена, которую они платят. Мне так сказали в Агентстве. Подвернулся действительно удачный случай, Кол, я должна была воспользоваться им.

— Да в чем дело?!

— “П-З”! — выкрикнула Нэва.

— Что?!

— Я была в агентстве “П-З” во вторник. На сороковой улице. Сначала они меня не обнадежили, но сегодня утром мне позвонили. Я просила десять тысяч, но они не смогли найти покупателя…

— Какого покупателя? — Он схватил ее за плечи и сильно встряхнул. — Какого покупателя?

— Я продала знание стенографии.

Он отпустил ее, все поплыло у него перед глазами.

— Кол, ты должен понять. — Она заплакала, но он не стал утешать ее. — Я знаю, что ты думаешь об этом деле, но иногда бывает нужно… Это совсем не опасно, честное слово, нисколько! Я только… теперь я не смогу работать как прежде. Вот и все, что случилось. Мне придется подыскать себе какую-нибудь другую работу.

— Нэва! — гримаса исказила его лицо.

— Это было важнее, Кол. Неужели ты не понимаешь? Нам теперь не придется иметь дела с этим Уэри. Мы можем идти прямо к доктору. Мы можем сами ему заплатить.

На глазах у Кола впервые после того, как он стал калекой, выступили слезы.