Но отступать никто не собирался. Ни Истинные, ни монстр из потустороннего мира. Над его головой просвистела огненная плеть, полоснув по впалой щеке и разорвав её. Тварь дёрнулась в сторону, отмахнувшись от противницы, вскинув лапы. На землю перед Глобальным брызнула кровь. И это немного приободрило парня. Закричав, он ринулся в новую атаку, раскрутив над собой оружие. В тот момент его разум был занят лишь одной мыслью — уберечь Лауру. И когда Лишний отшатнулся от удара девушки, Борис врезал ему молотом снизу вверх.

Послышался жуткий хруст костей. В лицо парня брызнули окровавленные осколки клыков. Нижняя челюсть монстра была разбита вдребезги, а сам он отшатнулся назад и споткнулся, повалившись на землю.

Рядом сразу же оказалась Снегова. Ловким движением она обмотала пылающей плетью тварь за шею и соединила оружие воедино, превратив его в кольцо. А через секунду оно закружилось, словно циркулярная пила, и кожа Лишнего лопнула, брызнув густой тёмной кровью.

Казалось, что ещё немного, и они оторвут ему голову. Но в какой-то момент монстр собрался с силами и ударил магическим импульсом, разбросав напарников по сторонам. Лишний захрипел и перевернулся набок. Прошло всего несколько мгновений, а жуткая рваная рана почти что затянулась.

— Вот же тварь, — пробормотал Глобальный, с трудом встав на ноги. — Но мы справимся, — протянул подруге руку. — Ты со мной?

Снегова смерила его хмурым взглядом, но всё же ухватилась за растопыренную пятерню.

— Куда я теперь денусь? — хмыкнула девушка и резво вскочила.

Глава 30

Ида лежала на траве, а Брай и Айки я нигде не видел.

Чёрт, куда они запропастились?

— Кто ты такой, Матвей? — прошелестел голос противника. — Чего ты добиваешься?

— Справедливости, — прорычал я в ответ.

— Ого, и ты думаешь, что, остановив меня, получишь её? — рассмеялся Чупакабра. — Если так, то ты полный кретин.

— Покажись, Семён, — я вглядывался во тьму и прислушивался к каждому шороху. Но его голос звучал отовсюду. — Давай поговорим. У тебя ещё есть шанс.

— Шанс… шанс… — пробормотал он. — У моего брата он тоже был!

И тогда он выскочил справа, ударив мечом столь резво, что я успел отскочить лишь за миг до этого. Однако лезвие вспороло мой костюм, оставив на теле глубокий порез. И чёрт бы с ним, но Чупакабра вновь исчез, а вместе с ним во мрак улетели капельки воды.

Твою мать, он ещё и моё оружие забирает?

Я попытался притянуть влагу, но понял, что её осталось гораздо меньше, чем минуту назад.

Таким темпом он меня вообще с голым задом оставит.

— Тогда объясни, что случилось с Григорием! — выкрикнул я.

— То есть ты напал на меня, не зная всей правды? — противник снова насмехался. — И после этого говоришь, что ищешь справедливости? Да, ты и правда идиот.

Впереди что-то блеснуло, и в меня полетела яркая дуга. Я подпрыгнул и крутанулся через голову. Но стоило встать, но твёрдую почву, как враг вновь бросился в бой. На этот раз Чупакабра бил ожесточённо. В каждый свой удар он вкладывал все силы. Мне оставалось лишь уклоняться от лезвия и пятиться непонятно куда, так как я ни черта не видел, что вокруг.

— Они убили его! — кричал он мне в лицо, и если б не белая маска, то, наверное, плевался бы. — Смотрели, как та тварь пожрала его душу!

Очередной мой ледяной клинок рассыпался под натиском врага. Но мне удалось поднырнуть под его руку и оказаться за спиной. Удар под рёбра выбил из него дух. Под коленную чашечку, и Чупакабра опустился на одну ногу. Резкий разворот. Я схватил кисть и вывернул её до хруста. Он снова заорал от боли, а я же почувствовал прилив сил.

— Отдай-ка, — мне удалось вырвать у него меч и ударить его ногой.

После чего отскочил назад, готовясь к новой атаке. Но её не последовало. Вместо этого паренёк тихо засмеялся и медленно встал на ноги, сжимая сломанную кисть.

— Думаешь, меч Древних тебе поможет? — повернулся ко мне, и тогда я увидел его истинное лицо.

От моего удара маска слетела, а на её месте теперь ухмылялась обезображенная морда. Семёна будто ошпарили кипятком, а потом быстренько подсушили рану феном. Сморщенная кожа на правой стороне, красный блестящий глаз и удлинённые клики. Всё это говорило о том, что он давно превращается в монстра.

— Семён, — я вытянул перед собой руку. — Давай просто поговорим, пока не поздно. Посмотри на себя. Меч помогает тебе поглощать чужую магию, но вместе с этим превращает тебя в Лишнего. Ты же знал об этом? Каждый Истинный постепенно становится чудовищем.

— Аристо на своих виллах становятся такими с рождения, — прошипел он, подобно змее. — Они убили моего брата, а потом откупились, лишь бы не запятнать свою репутацию. Как бы ты себя чувствовал на моём месте?

— Хреново, — честно признался я. — Но мы всё решим. Годунов и…