Читаем Призраки истории полностью

Особое внимание к ним привлечено в силу знатности их фамилий, положения в обществе. Но их страдания и судьбы — в ряду других, многих и многих. Точно такие же, и более страшные муки, претерпевали десятки и десятки тысяч их сестер и братьев по вере.

Однажды даже жестокая Москва поразилась — когда увидела, как ползают, катаются по Красной площади и мычат бессмысленно десятки людей. Это старообрядцам отрезали языки, чтоб не молвили слово свое еретическое.

Попу Лазарю отрезали язык и отрубили руку по запястье.

Диакону Феодору отрезали язык и отрубили руку поперек ладони.

Старцу Епифанию отрезали язык и отрубили четыре пальца.

Руки, ладони, пальцы рубили — чтоб не могли креститься двуперстием!

Всем, кого вместе с протопопом Аввакумом сослали в Пустозерск, отрезали языки. Но, видимо, не полностью, потому что они продолжали говорить, пусть даже плохо, маловнятно. Они проповедовали из своих зловонных ям! Ни одна скотина так не живет, ни одна скотина такого не выдержит. А они выдерживали, они проповедовали! И склоняли стражу на свою сторону.

Поэтому всем им вторично отрезали языки.

Чтоб замолчали!

Только Аввакуму не рубили пальцев и не резали язык — патриарх Никон и царь Алексей жалели его как своего некогда наперсника, товарища, с которым вместе говорили некогда о старинном благочестии и старинных обрядах…

14 апреля 1682 года Аввакума, Епифания, Лазаря и Феодора сожгли в деревянном срубе. На глазах людей, которые стояли, сняв шапки. Аввакум осенял себя двуперстным крестом и кричал: «Будете этим крестом молиться — вовек не погибнете, а оставите его — городок ваш погибнет, песком занесет. А погибнет городок, настанет и свету конец!»

Епископа Павла Коломенского замучили пытками и сожгли.

Костромского протопопа Даниила пытали и уморили в земляной яме.

Священнику Гавриилу из Нижнего Новгорода отрубили голову.

В Москве старца Авраамия и Исайю Салтыкова сожгли на костре.

Старца Иону разрубили на пять частей.

В Холмогорах сожгли Ивана Юродивого.

В Боровске сожгли священника Полиекта и с ним 14 человек.

В Казани сожгли 30 человек.

В Киеве сожгли стрельца Иллариона.

Юродивому Киприану Нагому отрубили голову в Ижме.

На Мезени повесили Федора Юродивого и Луку Лаврентьевича.

Сыновей протопопа Аввакума тоже приговорили к повешению. Но они покаялись и были помилованы — их вместе с матерью всего лишь «закопали в землю», то есть посадили в земляную яму.

С 1676 года начались массовые самосожжения. Их называли — «гари». Когда подходили к старообрядческим селам, церквам, городам царские войска, старообрядцы, чтобы избежать битья батогами, ссылки или смертной казни, пыток с требованием отречения от веры, — сжигали сами себя. Как говорил старообрядческий старец отец Сергий: «Поистине нельзя, чтобы нам не гореть — некуда больше деться».

Только за десять лет только в одном Пошехонском уезде Ярославской губернии в «гарях» погибло 2000 человек.

В Тюмени поп Дометиан устроил массовую «гарь» для 1700 человек.

В Палеостровском монастыре на Онежском озере сожгли себя 2700 старообрядцев. Это уже 1687 год.

На следующий год в том же монастыре в боях с царскими войсками погибли и сожгли себя еще 1500 человек.

Самосожжения продолжались и в следующем, XVIII веке. И даже в XIX веке! Только представьте — жил и творил уже Пушкин, наш солнечный гений, дитя света, а его современники сжигали себя на кострах.

По приблизительной статистике, только за 25 лет с начала «гарей», с 1676 по 1690 год, на Руси покончили счеты с жизнью самосожжением более 20 000 человек.

Тех, кто сжег себя в XVIII веке, никто не считал.

Тех, кого забили до смерти батогами, сожгли, повесили, отрубили голову или казнили каким другим способом по велению власти в XVII и XVIII веках — никто не считал.

Все это смертоубийство и душегубство, сравнимое разве что с испанской инквизицией, вершилось именем православной церкви, именем и силами государства.

Зачем? Из-за чего? Во имя чего?

Мы говорим уже привычные слова: раскол, патриарх Никон, исправление церковных книг, двуперстие, старообрядцы… А за ними — кровь, огонь, пожирающий живых людей, за ними — насилие и яростное стремление людей изничтожить друг друга.

Но что там было помимо людской ярости и ненависти?

Начну с того, что патриарх Никон, главный гонитель старообрядцев, — сам был старообрядцем.

Мне могут сказать: а ничего нового. Так издавна заведено в человечестве, и в Европе многие из палачей и яростных истребителей ереси сами были в молодости еретиками или детьми и внуками еретиков.

В принципе, да, так. Но немножечко не так. Параллели с Европой в данном случае неправомерны. И катары, и последователи их — альбигойцы, и манихеи все-таки были «еретиками», то есть опровергателями канона. Вся католическая рота идет в ногу, а катары и манихеи — отдельно.

У нас же все было наоборот!