Читаем Призраки полностью

Раздался стук, Джордан повернул голову и увидел Дженкинса в открытый люк.

– Сэр, только что был активирован пусковой шлюз. Два тоннеля.

Джордан вскочил на ноги.

– Что? Кто приказал?

– Никто не приказывал, сэр. Похоже, что Майкл Эверхарт и Лейла Брауэр сделали это по собственной инициативе.

Джордан резко повернулся к Джанге, та улыбалась. Это было уже слишком. Он лишь попусту терял с ней время.

– Тебе смешно, да? Посмотрим, как ты посмеешься, когда я посажу тебя в пусковой тоннель и сброшу на столь дорогую твоему сердцу землю.

__________

Уивер шел по станции очистки воды, пытаясь отыскать пропавшего дайвера. Одна рука лежала на винтовке, другой он сжимал батарейный блок, готовый выдернуть его из гнезда, если его окружат сирены. Крики боли Эндрю стихли, вопли тварей теперь доносились лишь изредка. Они были где-то на этой станции, однако Уивер до сих пор не мог их найти в похожем на пещеру зале.

За всю жизнь ему еще ни разу не приходилось бывать в таком огромном помещении. Сквозь чернильную темноту луч его фонаря не мог дотянуться до дальних стен.

Он водил фонарем из стороны в сторону, освещая широкие лужи воды, попадавшиеся на пути. У края резервуара справа от него плавала какая-то красная жижа. Склонившись, чтобы внимательно ее рассмотреть, Рик услышал, как по стене зацокали когти.

Он выпрямился и поддел пальцами батарейный блок, готовый выдернуть его из гнезда. Звук затих вдали. Уивер сделал еще несколько шагов, остановился и посветил на стены. А когда двинулся дальше, луч мигнул. Он поднял руку и постучал по фонарю. Уловка сработала, яркий луч прорезал мрак до дальней стороны зала.

Увидев первую сирену, Уивер замер. Она возникла из середины похожего на луковицу кокона и склонила набок свою коническую, безглазую голову. Затем схватилась костлявыми лапами за край гнезда, поросшего густой щетиной, и подтянулась наверх, будто какое-то гротескное насекомое, охотящееся за добычей. Таких коконов, как у нее, с потолка свисала целая дюжина.

На стене внизу рассыпались веером тени, по залу разнесся протяжный вой. Перед тем как выдернуть батарейный блок, Уивер мельком увидел, что между гнездами повисло что-то еще.

Он нашел Эндрю.

Шлем дайвера упал на грудь, а когда Уивер посветил на тело и внимательно присмотрелся, у него перехватило дыхание. Мускулистые руки и ноги, благодаря которым Эндрю и получил прозвище «Бочка», теперь больше походили на пряди сыромятной кожи. По стене водопадом стекала густеющая кровь, которую сирены поменьше лакали с пола.

Несколько тварей склонили в сторону Уивера головы, от стен эхом отскочил пронзительный визг, и чудовища ринулись на него.

– Прости меня, Бочка, – тихо молвил дайвер.

Из гнезда наверху высунулась голова монстра и завопила на сирен поменьше, которые в ответ что-то чирикнули и забрались обратно в кокон.

До него вдруг дошло: да ведь это же дети. Теперь, защитив потомство, стая молниеносно скатилась вниз по стене, во главе ее неслась та самая гигантская зверюга, которую он видел снаружи. Если у этих тварей был вожак, то это наверняка он. Из спины великана раскрылась пара крыльев и подняла чудище в воздух, в то время как его слуги упали на лапы и понеслись к Рику.

Если он и дальше будет вот так стоять, то станет следующим блюдом. Но сначала надо было свести счеты с гигантской тварью, которая убила Эндрю.

Рик поднял винтовку и выпустил пулю, ударившую в кожистое крыло. С потолка в резервуар с водой внизу посыпались бетонная крошка и пыль. Монстр развернулся и камнем рухнул вниз, а Уивер взял на мушку небольшую стаю, которая карабкалась по возвышению в его сторону, и выпустил в самую ее гущу короткую очередь из трех выстрелов, после чего одна из сирен закружилась в воздухе и шлепнулась в воду. Затем заметалась, пытаясь остаться на плаву, но пловцы из этих костлявых зверюг, на телах которых не было ни грамма жира, явно были никудышные.

Потом Уивер снял еще одну, которая забралась на галерею над резервуарами. Пулей ей оторвало переднюю лапу, она с криком полетела в воду, где уже барахтался ее собрат. Вскоре обе скрылись под водой. Пустив еще несколько очередей по паре сирен, галопом рвавшихся к нему, он поднял ствол винтовки вверх, выискивая глазами крылатого дьявола. Пол был забрызган кровью, на которой поскальзывались другие сирены, теряли равновесие и валились друг на друга месивом конечностей, когтей и кожистой плоти.

Откуда-то слева донеслось грузное хлопанье крыльев, хотя луч фонаря не обнаружил ничего, кроме заброшенных платформ да стен, усеянных гнездами. Он окинул взглядом стаю, барахтавшуюся на мокром полу, в количестве восьми особей, которым до него оставалось всего ничего. Поскольку расстреливать всех у него не было ни времени, ни боеприпасов, вариантов оставалось только два: либо выдернуть батарейный блок и запрыгнуть в один из резервуаров, либо рвануть к выходу в надежде на то, что ему удастся добежать до него первым.