Местность представляла собой дубовую рощу, скорее всего, именно от нее и пошло название городка.[5] Расположенная на вершине холма, она давала обзор на неровный ландшафт Аризоны, а деревья, расположенные по кругу, странным образом напоминали Стоунхендж. В центре этого круга лежал широкий плоский камень. Превосходное место для пикника, отрешенно подумала Мег. Или жертвоприношения.

Вдалеке виднелись силуэты строительных механизмов. Именно там Этан собирался назло горожанам возвести научно-исследовательский центр. Ничего удивительного, что они доставили ее сюда. Разве это не лучшее место, где можно оставить сообщение для Этана Уинслоу?

К ней подошел пастор Линкольн. Руки и щиколотки ей связали кожаными ремешками. В пылу борьбы Мег потеряла одну из красных кроссовок, и сейчас ей в голову пришла совершенно идиотская мысль о Золушке. Удастся ли Этану найти ее хрустальный башмачок?

Она была сама не своя из-за страха и той дряни, которой надышалась. Она собралась с силами, чтобы спокойно посмотреть на священника, и пожалела, что ей заткнули рот. Она бы с удовольствием плюнула в его ханжескую рожу.

— Готова ли ты покаяться, сестра? — закричал он, и голос его потонул в шуме ветра. — Мы привели тебя в нечестивое место, чтобы излечить недуг, поразивший нашу общину. Мы привели тебя в обиталище ведьм, чтобы очистить его дочиста кровью.

Интересно, чью кровь он имеет в виду, подумала Мег, снова посмотрев на плоский камень.

— О Геката! Узнаешь ли ты это место? Сто лет назад твои сестры танцевали здесь при луне. Они наложили заклятие на наш город, которое действует и по сей день. Их повелитель, Этан Уинслоу — это худшее порождение злобного заклятия. Но мы положим этому конец. Огнем и кровью мы очистим этот город от злых сил.

Меган застыла на месте, не в силах пошевелиться. Она боялась, что ее стошнит, и тогда она задохнется, потому что во рту у нее был кляп. Она уставилась на пастора, изо всех сил стараясь подавить страх. Меган смотрела на него так пристально, что пастор Линкольн сделал шаг назад и воздел руки к небу, словно стараясь отгородиться от злых чар.

— Нечистая! — завопил он. — Но наказание в наших руках. Не камень. Не так как было в старину. Мы сделаем все по-своему и очистим тебя пламенем.

И тут она увидела это. Глубоко вогнанный в землю кусок дерева, что-то наподобие укороченного телефонного столба. У его основания лежал ворох веток, сучьев и поленьев, неподалеку зловеще маячила канистра с бензином. И тогда она поняла, что ей уготовано.

Мег попыталась бежать, но из-за связанных щиколоток тут же растянулась на траве. Тогда ее поволокли к одному из дубовых деревьев и несмотря на ее отчаянные попытки вырваться, привязали к стволу.

— Док, вы с Ферди присматривайте за ней, а мы тем временем вернемся за Уинслоу. До полуночи осталось не больше трех часов. Все нужно сделать как следует.

Меган свирепо уставилась на своих надзирателей: на пьяного доктора, еле стоявшего на ногах, и проворного злобного старикашку, который не так давно заправлял топливом бензобак ее автомобиля.

— Смотрите, ребята, не поддавайтесь на ее уловки. Пускай она остается связанной, а когда наступит полночь, все будет готово.

Какое-то мгновение Мег просто смотрела перед собой: на святошу в сутане с умильным выражением на постном лице; на толпу мужчин позади него, которые внешне выглядили нормальными людьми с их суконными куртками, потными лицами и льсьоном после бритья. Все, что происходило, напоминало какой-то кошмарный сон. Однако все происходило наяву.

Она закрыла глаза и опустила голову на шершавую кору дуба.

— Вот и хорошо. Через пару часов ты встретишься со своим повелителем. Ради твоего блага я уповаю на то, что это будет наш вечный спаситель, а не тот, кто купил твою душу.

Вкоре Мег осталась на вершине холма наедине с пьяным доктором и злобным старикашкой. Наедине с тщательно уложенной поленницей дров, которой не хватало одной-единственной спички. И жертвы.

Совсем одна.

Глава шестнадцатая

Сел уехал на мерседесе, понял Этан, и выругался. А что тому еще было делать? Ведь вторая машина так и осталась торчать в кювете с разряженным аккумулятором, где ее бросила Меган. С другой стороны, зная дотошность Села, можно было догадаться, что в данный момент аккумулятор находится на подзарядке где-то в гараже. Но Этан искренне сомневался в том, что сможет вновь установить его. В конце концов, образ жизни отшельника мало способствовал получению навыков такого рода.

Оставался огромный черный Тандерберг 57-го года выпуска, гордость и отрада его матери, с острыми, похожими на шипы, выступами на бампере и количеством сияющего хрома, способного ослепить даже слепца. Вне всякого сомнения, машина была заправлена и на ходу, но возможность продвигаться на ней по грязным проселочным дорогам вызывала большое сомнение.