Читаем Призрак Адора полностью

Светлым солнечным днём, на виду у пиратов наша маленькая команда прошествовала к началу тропы, ведущей в бывшую империю Джованьолли. Шли напряжённо: воздух был пропитан угрозой. Мало того, что идти приходилось вдоль двух рядов пиратов, многие из которых передвинули наточенное железо с бедра на живот, приготовив его в дело. Следом за нами пылила орда человек в пятьдесят, не меньше. А из наших пятнадцати двое были заняты телом Ноха, и ещё двое незаметно для него самого прикрывали Эдда. Но напряжение пока не выплёскивалось в действие. Хотя чувствовалось, – отправься мы в этот поход через час-другой, – быть стычкам. Вовремя убрались, вовремя.

Поднявшись на гребень скалы, я оглянулся. Нет, немало есть отважных голов у пиратов. По гавани медленно двигались две шлюпки, растянув между собой длинную полосу рыболовной сети. Ищут “Дукат”! Право, как дети.

Прыгнул вперёд и в кратчайший, невидимый миг выхватил оружие Слон: из стен зарослей вышли чернокожие воины Тамбы.

– Молодец, Слон! – громко выкрикнул я, пресекая возможное веселье и насмешки. – Быстро двигаешься. Но это свои.

У африканцев были с собой две лошади. На одной немедленно умчался в лагерь вестовой, на вторую положили Ноха.

– Редкий зверь в Адоре, – сообщил мне Слон, шмякнув лошадь пятернёй по горячему влажному крупу. – И дорогой.

– Лошадь – дорогое животное?

– Очень. Корабли их не привозят. Слишком много воды выпивают. Даже если везут на заказ – как только команда сочтёт, что воды мало – лошадь идёт на мясо. У нас их всего три, и две из них – у Гэри. У Августа пара. А у Джо Жабы, говорят, целых полдюжины…

Были лошади у Джо Жабы. Много чего у него было. Жаль, что жизнь его пока ещё при нём. Много злого приходится ждать.

Я оставил Готлиба у начала тропы: ночью он должен добраться до Ямы и подготовить корабль к нашему возвращению.

А вернулись мы очень быстро. Забот было немного: похоронить Ноха да забрать с собой бывшую пленницу, дочь далёкой, снежной страны. Тамба же озадачил меня решительным отказом вернуться домой. Из его длинных и сбивчивых объяснений я понял, что его и всех, кто был с ним, не просто захватили пираты, занятые продажей рабов. За бочонок вина и лоскут красного шёлка их продал тем самым пиратам вождь их племени, и никто не может поручиться за то, что он не продаст их ещё раз, случись им вернуться. Тамба и его люди обратились ко мне с просьбой разрешить им остаться в империи Джо Жабы. Они хотели остаться здесь навсегда. Часть плантаций предполагалось отвести под маис и фасоль, а пока продолжить изготавливать тростниковый ром и обменивать его на продукты в Адоре. Меня поразило то, что у забитых, затравленных, несчастных людей не возникло и мысли продавать понемногу ценности из сокровищ Джованьолли и тем жить. Нет, они желали трудиться и питать себя лишь трудом своих рук.

Для меня это упрощало дело. Можно было не плыть к Африке. Можно было сразу отправляться за Корвином. Аравийское море, затем – Персидский залив и потом – вверх по Тигру, в Багдад.

Итак, мы похоронили Ноха – вместе с теми, кого отняли у нас недавние схватки, – прихватили сундучок золота и – все бумаги Джо Жабы. Основную же кучу сокровищ я поручил Тамбе надёжно спрятать в горах и хранить, – до тех пор, пока на пути моём не встретится кто-нибудь, кто мне подскажет, что с ними делать.

Дела наши были завершены. Оставалось лишь отвезти спасённую женщину в Город, чтобы поручить её заботам Августа. Я приготовил мешочек с золотом и для неё – сумму достаточную, чтобы она смогла выбраться из Адора и доплыть до земель Большого мира в том случае, если этот самый Большой мир не позволит мне вернуться за ней. Поход на Багдад – судьба тёмная.

Ночью, – опять ночью, – мы спустились с плато, сели в шлюпку и, прокравшись меж безмолвных разбойничьих кораблей по спящей гавани, вошли в устье реки. Я высадил на пиратский берег Слона – для дела, известного мне и ему. Матросы, подгоняемые свирепым шёпотом Бариля, принялись заполнять пресной водой погруженные в шлюпку пустые бочки, а наша дама и сопровождающие её капитан “Дуката”, Готлиб и Тай поднялись по каменным ступеням к воротам. В знакомом уже зале нас ждал сонный, но радостно улыбающийся Властелин: нет, не дремлет его ночная стража!

Мы не долго прощались: ложился туман. Нужно было успеть под его спасительным покровом добраться до корабельного кладбища. Но Август не отпустил нас так просто. Монахи и воины Легиона проворно погрузили к нам трёх забитых свиней и целый ряд корзин со свежей зеленью и фруктами. За это стоило быть благодарным: команда давно уже не видела хорошей пищи.

А перед тем наша шлюпка пристала к берегу Дикого Поля, и в неё забрались запыхавшийся Слон, и с ним – ещё трое кряжистых, крепких пиратов. Он их представил:

– Клетчатый Сэм, Илион Грог и Точило. Ручаюсь за всех головой.

– Илион Грог? – переспросил я, припоминая. – Поклонник маленькой Гэри?

– С вашего позволения, сэр, – почтительно ответил он, – да, был таким. Пока вы не показали мне, с какой лёгкостью можно ею пренебречь.