Читаем Призрак полностью

Спустя полчаса мы сидели на моем матраце в репетиционном зале, и мне предстояло немного пораскинуть мозгами. Тренированный торчок за один укол обычно вводит себе четверть грамма уличного героина, а в нашем случае самые опытные нарки в городе улетели выше хреновой Богоматери с четвертой части этой дозы! Мужик дал мне чистый товар. Но что это? Порошок выглядел и пах как героин и имел консистенцию героина, но пятичасовой кайф от такой маленькой дозы? В общем, я понял, что в руках у меня золотая жила. Восемьсот крон за грамм, который можно разбодяжить три раза и продать за тысячу четыреста. Пятьдесят граммов в день. Тридцать тысяч прямиком в карман. Мой карман. И карманы Олега и Ирены.

Я рассказал им о коммерческом предложении. Объяснил цифры.

Они переглянулись. Они не пришли в восторг, как я рассчитывал.

— Но Дубай… — начал Олег.

Я соврал и сказал, что, пока мы не обманываем старикана, мы вне опасности. Сначала мы пойдем и скажем ему, что больше не будем на него работать, что мы приняли Иисуса или что-нибудь в этом роде. А потом немного переждем и начнем понемногу работать на самих себя.

Они снова переглянулись. И я внезапно понял, что между ними что-то есть, что-то, что я упустил и заметил лишь сейчас.

— Но дело в том… — сказал Олег, пытаясь зацепиться взглядом за стену. — Ирена и я, мы…

— Что вы?

Он завертелся, как разрубленный червяк, и в конце концов посмотрел на Ирену, прося о помощи.

— Мы с Олегом решили съехаться, — сказала Ирена. — Мы копим на кооперативную квартиру в районе Бёлер. Мы собирались поработать до лета, а потом…

— А потом что?

— А потом мы хотели закончить школу, — сказал Олег. — И может быть, продолжить учиться.

— На юридическом, — подхватила Ирена. — У Олега ведь очень хорошие оценки.

Она засмеялась так, как обычно хохотала, когда ей казалось, что она сморозила какую-то глупость, но ее щеки, всегда бледные, сейчас разгорячились и раскраснелись от радости.

Они снюхались и стали любовниками за моей спиной! Как же я этого не заметил?

— На юридическом, — сказал я и открыл пакетик, в котором еще оставалось больше грамма. — Разве не там учатся те, кто потом становятся большими полицейскими начальниками?

Никто из них не ответил.

Я вытащил ложку, которой обычно ел хлопья, и вытер ее о брюки.

— Что ты делаешь? — спросил Олег.

— Это надо отметить, — ответил я, насыпая в ложку порошок. — Кроме того, должны же мы сами протестировать товар, прежде чем будем предлагать его старикану.