Читаем Признания полностью

Вода продолжала идти уже больше часа, заставив меня понервничать, как бы он не решился на отчаянный шаг – самоубийство. Я раз за разом подходила к двери и прислушивалась. Уловив звук трения нейлоновой мочалки или топот переступающих ног, я тут же возвращалась в гостиную и принималась ждать. Он не мылся больше двух месяцев – конечно, ему понадобится больше времени!

Когда Наоки наконец вышел из ванной комнаты, я не смогла сдержать всхлип. Он побрил голову наголо.

Это, несомненно, шокировало, но с точки зрения гигиены это было самое логичное решение. С обритой головой Наоки был похож на маленького монаха, избавившегося от всех своих мирских забот. Он также коротко постриг ногти и надел чистую одежду.

Но, глядя на него, я не испытывала никакой радости. Его лицо не выражало абсолютно ничего, словно вместе со всей грязью он смыл с себя все человеческие чувства.

Я не знала, как обратиться к нему, но сын заговорил первым.

– Прости за все это. Я пойду схожу в магазин, – холодно сказал он.

Он не только сам принял ванну, но и собирался выйти наружу. Я спросила, могу ли пойти с ним, но он вежливо отказался. Конечно, сперва я собиралась незаметно проследить за ним, но мысль о том, что Наоки может заметить меня и это перечеркнет все, чего он достиг, заставила меня отказаться от этой идеи. Я заставила себя остаться дома и ждать его возвращения.

Глядя, как Наоки выходит за пределы гэнкана, я впервые осознала, что сезоны сменились и пришло лето.

1Х ИЮЛЯ

То, о чем я собираюсь написать сейчас, произошло через полчаса после ухода Наоки в магазин. Все это время я была слишком расстроена, чтобы писать о случившемся.

Сразу после его ухода я начала готовить его любимый завтрак – яичницу с беконом, чтобы он поел сразу по возвращении. Неожиданно зазвонил мой телефон; как я уже говорила, звонят мне нечасто.

У меня было ужасное предчувствие. Звонил владелец магазина, куда отправился Наоки. Он держал моего мальчика у себя и требовал, чтобы я немедленно пришла.

Переживая, что он мог по глупости попытаться стащить что-то в магазине, я дала ему с собой достаточно денег, но, возможно, он сделал это непроизвольно…

Однако Наоки сделал кое-что куда страшнее простого воровства.