В ответ китаец печально покачал головой и обреченно пожал плечами. Никто больше, чем он, не будет скучать по этой работе и устоявшимся привычкам. Пока приятели болтали, Джорджина сидела, вжавшись в спинку заднего сиденья, и молча поглядывала в окно. Девушка даже не пыталась понять их разговор, ведшийся по-китайски. Во-первых, они говорили слишком быстро, а во-вторых, нужно было подумать и о своих проблемах. Кроме того, она очень нервничала по поводу первого выхода на работу в клуб, и ей требовалось время, чтобы на это настроиться. Не говоря уже о том, что хотя Джорджина и любила сестру, слишком резкий голос Люси вызвал у нее раздражение, и она радовалась, когда та заговаривала с кем-нибудь другим.

Неожиданная пауза послужила сигналом, что требуется ее участие в разговоре.

— Макс интересуется, понравился ли тебе Гонконг. Говорит, что в тот день, когда он тебя встретил, вид у тебя был испуганный. Помнишь?

Джорджина все отлично помнила.

— Он прав. Скажи ему, что я и вправду тогда испугалась. Гонконг оказался совсем не таким, каким я его себе представляла.

Китаец что-то ответил, и Люси вновь разразилась громким хрипловатым смехом. Потом ткнула в шофера пальцем и сделала круглые глаза, как если бы Макс вдруг сошел с ума.

— Он только что сообщил мне, будто ты напоминаешь ему мать!

Таксист посмотрел в зеркало заднего вида на Джорджину и смущенно улыбнулся.

— Я? — спросила девушка, не зная, как на это реагировать.

Водитель заговорил снова, и Люси перевела:

— Мать умерла, когда ему исполнилось двенадцать, но у него осталась ее фотография. Макс говорит, что она была очень красивая женщина, происходила с севера Китая и отличалась высоким ростом. Утверждает, что ты на нее похожа.

— Спасибо, — пробормотала Джорджина, тоже приходя в смущение. — Макс живет здесь, на острове? — осведомилась она, чтобы сказать хоть что-нибудь.

— Макс живет в Шенг-Ване в Западном районе. Не очень далеко отсюда. Это самая старая часть Гонконга. Я тебя туда как-нибудь свожу. Увидишь много интересного. В частности, изделия старинных китайских ремесел. Там, помимо всего прочего, можно отведать змеиной крови, заказать печать со своим именем, купить натуральный шелк и слоновую кость. Макс живет там всю свою жизнь. Его отец занимался традиционной китайской медициной — делал акупунктуру, готовил настойки из трав и так далее. Понимаешь?

Джорджина согласно кивнула. Таксист горделиво вскинул голову. Он знал английский достаточно, чтобы понять, что разговор зашел о его семье.

— Его отец жив? Все еще лечит?

— Жив. Но своим лекарским ремеслом больше не промышляет. Макс говорит, что у него болезнь в костях. Так что он сидит дома и присматривает за ним и его братом.

— Значит, их всего трое на свете? — спросила Джорджина и подождала, когда Люси переведет. Водитель с любопытством посмотрел на пассажирку в зеркало заднего вида: как много вопросов!

— Макс говорит, что у его отца была еще одна жена. Но она оказалась дурной женщиной и ушла из семьи сразу после рождения Ман-По. Даже выкормить его не захотела — бросила малыша на Макса и мужа… Кажется, мы подъезжаем. Вернее, уже подъехали. — Люси резко оборвала разговор и наклонилась в сторону Джорджины, чтобы помочь ей открыть дверь, которая никак не хотела открываться. Крикнув что-то Максу, Люси повернулась к ней.

— Заблокировал дверь, а разблокировать забыл. Так глупо…

Водитель нервно хихикнул и рассыпался в извинениях.

Люси мягко, но настойчиво выпроводила сестру из машины.

Опершись на руку сестры, Джорджина позволила увести себя к Поларис-центру. На полпути обернулась и посмотрела назад. Макс все еще сидел в машине с включенным мотором. Стекло было опущено. Он не торопился отъезжать, потому что наблюдал за ними.

Глава 25

Девушки поднялись в клуб на лифте, миновали готовившийся к выступлению оркестр и прошли по коридорам в гардеробную. Там было довольно людно, то есть присутствовали не менее полутора сотен девушек. Пораженная увиденным, Джорджина остановилась в дверях.

Люси взяла ее за руку и провела в среднюю секцию зала, где находились шкафчики для хранения одежды. Показала зарезервированный для нее шкафчик, после чего обе переоделись в вечерние платья.

Подошла Кэнди, познакомилась с новенькой, после чего заговорила с Люси, осведомившись, нет ли сведений об исчезнувшей Роксанне. Люси не смогла сообщить ничего определенного. Кэнди печально покачала головой: она дружила с Роксанной и скучала по ней. Потом Кэнди сказала, что долго оставаться здесь не собирается. Ее приятель, планировавший открыть гастрономический магазин в Америке, уже внес в банк необходимый депозит, и ей осталось поработать еще пару месяцев, чтобы оплатить доставку первых партий товара.