— Ты думаешь, Мэнн, мне это нравится? Да ничего подобного. Я думаю так же, как ты, и меня тошнит от всей этой мерзости. Как-никак я посвятил всю свою жизнь борьбе за торжество правосудия, никогда не шел на компромисс и считал, что ради справедливости можно и собственной шкурой рискнуть. Так что слова «репутация» и «достоинство» для меня не пустой звук, и ты это знаешь. Но сейчас преданность делу мало чего стоит. Ибо всем заправляют негодяи вроде Луна, а не люди чести. — Уайт прошел к столу, тяжело опустился на сиденье любимого кресла и покачал головой. — Короче говоря, мне сегодня звонили, Мэнн. С самого верха. И сказали, чтобы я даже не думал выдвигать обвинения против кого бы то ни было в связи с делом клуба «Шестьдесят восемь». За исключением братьев, которые и предстанут перед судом. Мне также напомнили, что погибшие женщины приехали в клуб по своей воле, дали письменное согласие работать там, были совершеннолетними — и так далее.

— Выходит, они дали согласие на то, чтобы их пытали, а потом убили? А за все эти убийства, выходит, будут судить наших полоумных братьев?

Суперинтендант молча кивнул.

— Мне также представляется, что против братьев выдвинуты аналогичные обвинения и в континентальном Китае, где существует смертная казнь. Это правда?

Суперинтендант снова молча кивнул.

— Значит, все убийства спишут на братьев, и они-то и предстанут перед расстрельным взводом, в то время как богачи будут разгуливать на свободе.

— Да. Так или примерно так видят это дело наверху. Во всяком случае, против Чана обвинения выдвигаться не будут. Считается, что его, начиная с этого момента, будет контролировать Лун, который в качестве наказания отправит его в ссылку на Филиппины и будет держать там, пока это дело окончательно не забудется. После этого Чан вернется в Гонконг и займет какое-нибудь второстепенное место в иерархии «Во син син».

— Прекрасно! Вся эта кутерьма может еще сыграть Чану на руку. Ведь в его отсутствие все шишки будут сыпаться на старика-тестя. Между тем у Чана появится шанс сколотить на Филиппинах авторитетную группу в свою поддержку. Отличная работа, Дэвид! Но я в этой связи вот что вам скажу: вы и ваша система правосудия можете сколько угодно заключать сделки с дьяволом, но я под этим не подпишусь. Вы даже можете продать темным силам свою душу, но я своей души не продам. И даю вам слово, что найду Чана и заставлю его так или иначе заплатить за содеянное. А когда это случится, я одного за другим найду всех, кто повинен в смерти женщин, и сам буду судить их. Вне зависимости от того, кто они и законно ли будет выглядеть в ваших глазах мое правосудие.

Дэвид с изумлением посмотрел на Мэнна.

— Не глупи, Джонни. Ты не сможешь выиграть эту битву. Особенно в нашем городе, где деньги — главное божество. За них можно купить все, даже правосудие.

Инспектор понял, что с него хватит, и с такой силой хватил кулаком по столу суперинтенданта, что подпрыгнул кубок за первое место по регби и попадали стоявшие на столешнице портретики в рамках.

— Вероятно, ваш тип правосудия действительно можно купить. Но вот мой — никогда.

Глава 102

Детектив подумал, что если он и в самом деле хочет найти Чана и Джорджину, то для этого ему желательно оставаться в живых столько времени, сколько потребуют поиски. Это как минимум. Не такая уж простая задача, если разобраться. Особенно если учесть, что в поддержке полиции отказано, а разыскивать тебя будут все люди из «Во син син». Приняв это во внимание, Мэнн решил резко поднять ставки.

Через две минуты после открытия учреждения инспектор присоединился к толпе, вливавшейся сквозь вращающиеся стеклянные двери в главное здание «Леун корпорейшн». Он прошел внутрь вместе с группой клерков и обслуживающего персонала, присоединившись в фойе к стайке секретарш в обтягивающих юбках. Девушки, цокая высокими каблучками по полу из итальянского мрамора, направлялись к рабочим местам, чтобы начать ежедневную трудовую деятельность, связанную с отмыванием денег. Люди в этом здании занимались только одним — изысканием легальных способов вложения нелегальных средств триады.

Мэнн помахал удостоверением перед носом у местных сотрудников службы безопасности и прошел к лифтам. Он хотел добраться до пентхауса, где находился офис Луна Леуна. Продвижение к вершинам власти шло успешно до того момента, когда он сделал пытку высадиться на верхнем этаже. Не успел он открыть дверь и выйти из лифта, как его сразу же затолкали назад люди из общества «Во син син», охранявшие покои своего босса. Этих горилл было не менее полудюжины, и все они горели желанием размять свои накачанные мышцы, надавав с утра пораньше тумаков какому-нибудь бедолаге, по случайности забредшему не туда, куда надо.

— Полегче, парни! Я просто хотел перемолвиться словом с Леуном. — Мэнн воздел руки в знак миролюбивых намерений.