Читаем Прицел полностью

– Непосредственно, ничего, – признался Брек. – Сначала мы должны исследовать прошлое. Мы должны отыскать фактор, который заставил Тони Грима изобрести автоприцел превосходящий мой. При помощи поля высокой частоты и, если потребуется, полной мощности преобразователей корабля мы должны повернуть этот фактор назад. Тогда сражение будет иметь другой исход.

Ахронические интеграторы зажужжали, по мере того как Брек стал нажимать кнопки на панели, и в огромном черном кубе замелькали призрачные изображения. Символы из цветного огня вспыхивали и исчезали.

– Ну, – нетерпеливо выдохнул Астрарх.

– Он работает, – успокоил его Брек. – Поля обнаружения следуют по мировым линиям, которые пересеклись в точке сражения, на месяцы и годы назад. Анализаторы изолируют наименьший и, следовательно, наиболее легко изменимый фактор.

Астрарх сжал его плечо.

– Там в кубе ты сам!

Призрачная фигура землянина исчезла, потом снова появилась. Брек Веронар увидел себя в кубе раз сто. Обычно он находился в огромной лаборатории арсенала в Астрофоне. И всегда он был одет по-другому, всегда был моложе.

Затем фон изменился. У Брека перехватило дыхание, когда он узнал бесплодные, каменистые, цвета охры холмы и низкие желтые кирпичные здания. Он едва не вскрикнул, увидев веснушчатого рыжеволосого парня и стройную, загорелую, темноглазую девушку.

– Это на Марсе, – прошептал он. – Рядом с Тораном. Он – Тони Гримм, она – Элора Рони, марсианская девушка, которую мы любили.

Мигающее изображение вдруг остановилось, и на экране застыла картинка. Скамейка в пыльном университетском городке у низкой кирпичной стены. Элора Рони со стопкой книг на коленях, на которых лежал листок бумаги, и с ручкой в руке. Ее темные глаза устремлены вдаль, ее загорелое лицо напряжено и озабочено.

В огромной сумеречной комнате на борту разбитого военного корабля мягко ударил гонг. Красная стрелка метнулась в кубе, указывая на записку, которая лежала на коленях у девушки. Над нею вспыхнули символические знаки. И Брек понял, что ахронические интеграторы перестали гудеть.

– Что это? – изумлено спросил Астрарх. – Школьница, пишущая записку? Какое отношение она имеет к космическому сражению!

Брек взглянул на горящие символы.

– Она решала судьбу сражения, в тот день, двадцать лет назад! – его голос звенел от возбуждения. – Понимаешь, в тот вечер она договорилась с Тони Гримом пойти на танцы в Торан. Но ее отец читал специальную лекцию по новым теориям ахронической силы. Тони отказался от свидания, чтобы пойти на лекцию.

Брек смотрел на неподвижный образ в кубе, и его голос становился более хриплым.

– Элора рассердилась, это было еще до того, как она хорошо узнала Тони. Я попросил ее встретиться со мной. И в тот момент, который ты видишь, она только что написала записку чтобы сообщить мне, что пойдет на танцы со мной.

Брек глотнул.

– Но она в нерешительности, видишь? Это потому что она любит Тони. Надо совсем немного, чтобы она порвала записку, адресованную мне, и написала другую, Тони, чтобы сказать, что она пойдет на лекцию с ним.

Астрарх был похож на труп.

– Но как это может решить исход сражения?

– В том прошлом, в котором мы жили, – объяснил ему Брек, – Элора послала записку мне. Я пошел с нею на танцы и пропустил лекцию. Тони же пошел на лекцию, и после нее у него зародилась идея, которая в конце концов сделала его автоприцел лучше, чем мой.

– Но если бы она написала вместо меня Тони, он бы предложил из искреннего раскаяния отказаться от лекции – так показывают анализаторы. Вместо Тони на лекцию пошел бы я, и мой автоприцел в конце концов превзошел бы его.

Бледная как воск голова Астрарха медленно кивнула.

– Но ты действительно можешь изменить прошлое?

Мгновение Брек не отвечал.

– У нас есть вся мощь преобразователей корабля, – произнес он наконец. – У нас есть высокочастотное ахроническое поле, как рычаг, при помощи которого мы можем ее применить. Потратив миллионы киловатт, мы, наверняка, сможем стимулировать несколько клеточек в мозгу школьницы. Посмотрим.

Его длинные бледные пальцы быстро заскользили по кнопкам панели. Наконец он осторожно коснулся зеленой кнопки. Снова царившую на корабле тишину нарушил шепот преобразователей. Ахронические интеграторы опять зажужжали. За ними завыли гигантские трансформаторы, и застывшая на экране картина внезапно ожила.

Элора Рони порвала записку, которая начинались словами «Дорогой Билл», Брек и Астрарх наклонились вперед, глядя, как ее быстрые пальцы пишут «Дорогой Тони, извини меня за то, что я рассердилась. Можно мне пойти на лекцию моего отца вместе с тобой? Сегодня вечером…»

Изображение исчезло.

– Минус четыре…

Металлический скрежещущий голос динамика вернул Брека Веронара к действительности. Он вздрогнул. Неужели он задремал, когда до контакта всего четыре минуты? Он затряс головой. У него было странное неприятное чувство, словно он забыл ночной кошмар, в котором состоялось и было проиграно сражение.