Читаем Прицел полностью

– Если бы все было по-другому, Элора, то может быть… – он резко передернул плечами и посмотрел на Тони. – В любом случае, – продолжил он решительно, – сегодня вечером я отправляюсь в Астрофон.

В тот вечер, после того как они помогли ему собраться, он зажег костер из своих старых книг и бумаг. Огонь бледно горел в разряженном воздухе, и над ним поднималось облачко едкого дыма.

Именно этот запах и стал той ниточкой, которая повела Брека Веронара назад через годы, когда ему в нос ударил запах жженой бумаги. Сигару он взял из коробки, которая только что прибыла с Земли – она была сделана по его специальному заказу.

Он мог позволить подобную роскошь. Иногда, фактически, он почти сожалел о том высоком положении, которого добился на стороне Астрарха. Космические офицеры и даже его ревнивые подчиненные в лаборатории арсенала никогда не могли забыть, что он был землянином, ренегатом.

Запах сигары озадачил его. Он неторопливо отломил обуглившийся кончик, содрал коричневую обертку и под ней обнаружил туго свернутый бумажный цилиндр. Сдвинув резинки, он открыл его. Взгляд на написанное заставил его сердце бешено заколотиться.

Это была рука Элоры Рони!

Брек Веронар знал этот мелкий изящный почерк. Когда-то Билл Вебстер берег как сокровище записку, которую она написала ему, когда они еще были друзьями. Он с нетерпением принялся читать письмо:

«Дорогой Билл. Это единственный способ, благодаря которому мы надеемся связаться с тобой, миновав шпионов Астрарха. Твое старое имя, Билл, может показаться тебе странным. Но мы – Тони и я – хотим, чтобы ты помнил, что ты землянин.

Ты не можешь знать, от какого угнетения сейчас страдает Земля, находясь под пятой Астрарха. От независимости почти ничего не осталось. Ослабленное и коррумпированное правительство сдает во всем. Жизнь каждого землянина душится налогами и несправедливыми штрафами, нечестным соперничеством с торговцами Астрарха.

Но Земля, Билл, еще не полностью сдалась. Мы собираемся драться за нашу свободу. Многие годы нашей жизни, моей и Тони – были отданы этому плану; как и тяжелый труд и жертвы со стороны многих людей-землян. У нас есть по крайней мере шанс вернуть нашу потерянную свободу.

Но нам нужен ты, Билл, отчаянно.

Ради своего собственного мира, вернись. Попроси отпустить тебя в отпуск на Марс. Астрарх не откажет тебе в этом. Восьмого апреля в пустыне рядом с Тораном, там, где мы гуляли в день твоего отъезда, тебя будет ждать корабль.

Каким бы ни было твое решение, Билл, мы верим, что ты уничтожишь это письмо и сохранишь его содержание в тайне. Но мы верим, что ты вернешься. Ради Земли и ради твоих старых друзей.

Тони и Элора.»

Долгое время Брек Веронар сидел за своим столом, глядя на обгорелый сморщившийся листочек. Его глаза слегка затуманились, и он увидел загорелое живое лицо марсианской девушки, ее умоляющие карие глаза. Наконец он вздохнул и медленно потянулся к зажигалке. Он держал письмо, пока пламя полностью не поглотило его.

На следующий день в лабораторию вошли четыре космических офицера. Одетые в яркие золотой и малиновый цвета Астрарха, они держались высокомерно, а во вкрадчивом голосе капитана слышалась торжествующая ненависть.

– Землянин, ты под техническим арестом по приказу Астрарха. Ты немедленно последуешь за нами в его штаб на борту «Королевы-воительницы».

Брек Веронар знал, что его ужасно не любят, но очень редко видел, чтобы это чувство проявлялось так открыто. Встревоженный, он запер свою лабораторию и последовал за четверкой офицеров.

«Королева-воительница», флагманский корабль космических флотов Астрарха, лежал в своей колыбели у края огромного поля за низкими серыми укреплениями. Тысяча футов и четверть миллиона тонн сражающегося металла, с шестьюдесятью четырьмя двадцатичетырехдюймовыми стволами, расположенными в восьми выступающих сферических башнях. Это была самая мощная машина разрушения, которую когда-либо видела система.

Молчаливый гордый, Брек Веронар почти совсем забыл о своей тревоге, когда электрокар быстро повез их через поле. Огонь этих мощных орудий направлял его автопилот – а иначе определитель диапазона ахронического поля, самостоятельно производящий вычисления, создателем которого был он, Брек Веронар. Это был боевой мозг корабля – всего флота Астрарха.

Не удивительно, что эти люди испытывали ревность.

– Идем, ренегат, – тон капитана с суровым лицом был зловещим. – Астрарх ждет.

Одетые в яркую форму охранники отвели их в тесные, но роскошные апартаменты Астрарха, на корме корабля, рядом с установкой автоприцела, глубоко внутри бронированных внутренностей корабля. Астрарх оторвался от проекции карты и сухо приказал двум офицерам подождать снаружи.

– Ну, Веронар?

Невысокий, тяжелый, крепкий человек, диктатор Астрарха буквально излучал жестокую энергию. Его волосы были завиты и надушены, лицо казалось нарумяненной и напудренной маской, а завернутая в шелк фигура была увешена бриллиантами. Но ничто не могло скрыть силу его ястребиного носа и горячих черных глаз.