В ее случае, так и было, она не хотела слышать ответ. Знала его заранее.

— Со мной все будет в порядке, — сказала она. Ему или себе? — Одному жизнь научила меня: со мной всегда все будет в порядке. Так или иначе, всегда так было.

Дэниэл открыл рот. Закрыл. Снова открыл.

— Все нормально. — Она улыбнулась. Точнее, попыталась. — Я многое пережила. Я вступила в «ПИВ», вокруг меня постоянная драма. Случайные люди в моей жизни вроде тебя? Я все понимаю.

— Жаль, что все сложилось именно так. Господи, я в который раз повторяю эту фразу.

— Ничего. — Она положила руку поверх своего сердца. — И, опять же, я склонна согласиться.

Повисла очередная пауза. А потом Дэниэл сказал:

— Ты не должна платить мне.

— Ты отработал свои часы на «ПИВ», ты заслужил свои деньги.

— Нет, не стоит.

Лидия выглянула в окно. Отодвинув лавандовую шторку, она уставилась в темноту… гадая, что там было. Не в плане угроз для нее. Она думала, что ждало Дэниэла, куда приведет его судьба.

Она уже знала ответ на этот вопрос.

Подальше от нее — вот куда вела его судьба.

— Уже поздно, — сказала Лидия.

— Всего восемь тридцать, — ответил Дэниэл. — Еще рано для твоего правила ложиться спать не позднее девяти вечера.

— Вау, а по ощущениям, будто четыре утра…

Рядом с ней скрипнули половины, и она подняла взгляд. Дэниэл стоял рядом с ней, смотрел с высоты своего роста.

— Я когда-нибудь забуду твои глаза? — пробормотала она.

Еще один вопрос, на который она знала ответ.

— Во мне нет ничего особенного. — Его плечи опустились. — Я простой разнорабочий.

— Ты намного больше этого.

Дэниэл протянул руку.

— Давай. Пошли наверх.

Позволяя шторке вернуться на место, она встала и вложила свою ладонь в его. Когда они подошли к лестнице, Дэниэл подтолкнул ее вперед. И когда она прошла мимо, коснувшись его, то в голове мелькнула мысль, что такие повседневные вещи у нормальных пар приносили тихое счастье. Почистить зубы за одной раковиной. Вместе переодеться в пижаму. Устроиться в кровати и выключить свет.

Она бы хотела, чтобы впереди у них было бесконечное множество таких вещей.

Наверху они направились в ее спальню, а не в гостевую комнату, но ему пришлось вернуться к уборной. После того, как она переоделась в пижаму, Дэниэл вернулся в спальню и занял половину кровати со стороны двери, взбил подушки и проверил упругость матраса своими большими ладонями. Оставляя его наедине с кроватью, Лидия занялась банными процедурами в уборной в коридоре… И когда вернулась в спальню, то обнаружила, что Дэниэл перенес свои сумки к ней и положил со своей стороны кровати.

В них он хранил пистолет, подумала она, откинув покрывала и забравшись на матрас рядом с ним.

Это казалось самой естественной вещью — подвинутся по холодным простыням, находя его теплое тело. Расслабиться на его груди, когда он протянул руку и выключил лампу.

Лидия посмотрела на открытую дверь. Она оставила свет в ванной, поэтому перила отбрасывали тени на голые половины коридора.

Я могла бы жить так вечно, — подумала она.

Повседневные действия, ужин, стирка белья, чистка зубов. Она считала жалким такие простые цели. Цели должны быть масштабными, связанными с машинами и роскошным отдыхом… и эта мысль напомнила ей о Питере Винне.

Какая часть реконструкции сарая была оплачена с пожертвований на Проект по исследованию волков? Он купил информацию о тех ужасных экспериментах? Или наоборот продавал?

И что она сделает с тем, что узнала?

— Попытайся немного поспать, — пробормотал Дэниэл. — Утро близится.

Несется на нее как товарный поезд.

И она подумала, что среди длинного списка вещей, висевших на ней тяжким грузом, Дэниэл — единственный, кто имел значение. Но как еще могли закончиться их отношения? Ну, серьезно. Разве мог у них быть другой конец?

К тому же, если он уедет?

Она будет знать, что он в безопасности.

В этой мысли она найдет покой.

Глава 41

Лидия проснулась под пение весенних птиц и чувствуя тепло солнечных лучей на своем лице. Проморгавшись, она уставилась на широкий подоконник с мягкими подушками и пледом и подстилкой для кота, которого здесь никогда не было.

Чувствуя боль в центре груди, она подкорректировала фантазию об алькове. Вместо одинокого времяпрепровождения с книгой, чаем и котом, Лидия представила пару, сидевшую на разных краях подоконника, с переплетенными ногами под пледом. Они обменивались газетными листами и отбрасывали уже прочитанные на пол, на столике рядом с ними стояли парные чашки с кофе и общая тарелка с крошками от маффинов.

Перевернувшись, Лидия посмотрела на пустое место, где спал Дэниэл. Он накрыл ее одеялом, когда встал с кровати, а отпечаток головы на подушке служил доказательством часов, которые они провели во сне бок о бок.

В коридоре был слышен шум душа.

Посмотрев на часы, Лидия увидела, что отметка совсем недавно перешагнула за семь утра. Их время было на исходе.

Она спешно откинула одеяло и устремилась к закрытой двери в ванную. Но оказавшись перед ней, помедлила. Потом постучала.

— Лидия? — раздался приглашенный голос.