Ее волосы упали вперед, закрывая лицо Лидии, поэтому он протянул руку… словно у него было право заправить пряди за ее ухо. Но прежде чем он прикоснулся к ней, Дэниэл отвел руку назад.

— Не против, если я отойду и закурю? — спросил он. — Я встану по направлению ветра.

— Нет, конечно. Я просто хочу еще немного посидеть с ним.

Дэниэл кивнул, хотя Лидия не смотрела на него.

Отойдя недалеко в сторону, он прислонился к дереву и достал открытую пачку. Сдернув крышку, Дэниэл удивился тому, как мало осталось сигарет. Он в последнее время так много курил? Прикурив «Мальборо», Дэниэл закашлялся в кулак, а потом окинул взглядом долину. Северная сторона озера сияла на солнце, и несоответствующее сезону тепло казалось даром покоя от погоды, которая стремилась загладить вину за жестокую долгую зиму.

Боже, как он устал. А еще этот ночной кошмар, который ему совсем не нужен…

— Кажется, он сейчас очнется, — сказала Лидия. — Давай лучше уложим его и отойдем. Понаблюдаем, как он приходит в сознание издалека. Рик всегда… — Она замолчала и прокашлялась. — Когда мы с Риком это делали, мы убеждались, что волки в безопасности, но не контактировали с ними. Он бы не… ну, он никогда не одобрял, когда я приближалась к ним.

Дэниэл посмотрел на прикуренную «Мальборо». По какой-то причине, сигарета прогорела очень быстро, будто он курил уже минут десять, не меньше.

У него проблемы с чувством времени, да?

— Ты потрясающе позаботилась о нем, — сказал Дэниэл, затушив окурок пальцами и спрятав его в заднем кармане. — Только это имеет значение.

Когда он вернулся к ней, Лидия сказала:

— Стандарты Рика были выше моих… или, может, я просто допускаю слишком много эмоций. Мне стоит быть более профессиональной.

Изучая ее, Дэниэл думал, что хочет сохранить это воспоминание навечно. Об этой женщине и волке, они были такими свирепыми, но такими уязвимыми.

— Ты красивая, — выдохнул он хрипло.

Она подняла на него застенчивый взгляд.

— У меня на голове бардак.

— Не меняйся, Лидия. Сохрани свое сердце таким. Пообещаешь мне это?

Она моргнула, словно он говорил на иностранном языке. Потом склонила голову.

— Прозвучало жутковато.

— Давай, я сниму его с тебя.

Когда он наклонился, запустив руки под волка, запах Лидии, ее шампуня, смягчителя для одежды, ее кожи… заполнил его голову, вытесняя все разумные доводы. Заставляя себя вернуться к делу, Дэниэл поднял волка и выпрямился.

— Куда мне положить его? — спросил он.

И Лидия была права о том, что животное приходит в себя. Глаза были не плотно закрыты, а в ногах и шее волка чувствовалось напряжение, которого раньше не было.

— Сюда, — сказала она. — На солнечное место.

Лидия поднялась на небольшой холм, а потом присела у мягкого настила из сосновых иголок, сияющих в золотом освещении.

Когда Дэниэл подошел к ней и опустил волка, солнце искупало животное в лучах яркого света.

— Здесь ему будет тепло, — сказал Дэниэл. — В этом весь смысл.

Они встали одновременно. Потом Лидия положила руки на бедра и посмотрела вниз.

— Пошли, — пробормотал Дэниэл. — Он действительно просыпается.

На этой ноте взгляд волка вперился в Дэниэла, челюсти щелкнули от врожденной агрессии, которая также проснулась… и хищнику не понравилось то, что он увидел. Это заставило Лидию отступить, хотя казалось, что животное будто защищает ее.

М-да уж, меховой мешок, сдай назад, эта работа на мне, — подумал Дэниэл.

Хотя, надолго ли?

Он вскинул руки и отступил на шаг от волка.

— Расслабься, я не причиню ей вреда.

— Не уверена, что он говорит по-английски.

Дэниэл обнаружил, что его взгляд снова обратился на женщину, которая преследовала его — хотя он стоял рядом с ней.

— Ну, — выдохнул он хрипло. — Я так и подумал.

Глава 35

— Я верну ее в целости и сохранности.

Стоя над столом Кэнди, Лидия улыбнулась женщине так, будто все было тип-топ. Словно ее жизнь не летела в тартарары. Словно она не потерялась в трех знакомых соснах.

— Дерьмово выглядишь, — сказала пожилая женщина.

— Мы снова взялись за старое? — Лидия смахнула волосы с лица. — Мы же говорили о том, чтобы не использовать такую лексику.

— Да? Не припомню. Ладно, как какашка. Так лучше? Или мне использовать слово «фекалия»? — Кэнди указала рукой на пустое помещение для ожидания. — Видит Бог, я не хочу оскорбить всех этим милых присутствующих людей. Ну, в смысле, у нас же вся комната забита прихожанами. Публика оскорбиться и мы останемся без клиентов.

Лидия опустила голову.

— Ты пытаешься шутить.

— Получается?

— Да.

— О, круто. Ну, сейчас ты выглядишь получше. — Женщина протянула что-то. — Утрешь сопли прежде, чем напугаешь меня вконец?

— Что, прости?

К Лидии нетерпеливо толкнули коробку с «Клинексами».

— Вытри слезы, девочка. У нас здесь не плачут.

Вспыхнув, Лидия выдернула салфетку.

— Прости, мне так жаль. — Она прижала к глазам мягкий хлопок… Боже, она не осознавала, что плачет. — Правда, я в порядке.

— Хорошо. Я тоже. — «Клинексы» убрали, заменив автомобильными ключами. — Мы обе в норме. Никуда не врежься.

— Ладно.