Читаем Присвоенный полностью

— Как я уже говорила, всю свою жизнь я работала в фармацевтике, инвестировала в компании, продвигала исследования и разработки. До меня дошли эти слухи. Я не верила в них. Это казалось совсем невероятным, из разряда фантастики.

Лидия оглянулась по сторонам. Здесь не было дверей, не было камер, ответвлений с главной дороги. Ни звука, только топот ее ботинок и цоканье шпилек Си Пи Фален по бетонному полу.

— Я отмахнулась от этих рассказов как от бредней пьяного на корпоративе, для меня это была драма, созданная бизнесменами в попытке показаться более значимыми, чем сам Чарльз Дарвин. Но потом кое-что произошло в моей жизни, и я решила копнуть глубже. Тогда я узнала, что это правда. Все эти слухи. Были учреждения, скрытые от глаз, хорошо охраняемые, в которых велась инновационная работа, которая могла изменить будущее человечества. Со временем, однако, многие из них были заброшены, из-за нехватки финансирования или в виду отсутствия компетентных кадров. Или из-за происшествий.

Нет смысла уточнять, какие «происшествия» она имела в виду, — подумала Лидия.

Наконец, впереди показался угол.

А за ним — дверь.

Си Пи Фален приложила палец к считывающему устройству, и раздался глухой стук, с которым стальная панель открылась без чужого участия, и по другую сторону…

— Срань Господня, — выдохнула Лидия.

— Добро пожаловать в мою лабораторию.

Лидия забыла про женщину, когда пересекла порог. Открытое пространство величиной с большое спортивное поле было заполнено людьми в белых халатах, стоявших за столами с оборудованием. Никто не поднял взгляда и не обратил внимания на хозяйку лаборатории. Никто не нервничал, не испытывал страха. Все казалось… происходило на законных основаниях.

— Надзорные органы этой страны душат инновации, — сказала Си Пи Фален. — Мне это надоело, и я решила сделать все сама и отвечать за последствия, если я добьюсь желанного прорыва… а я его добьюсь. Может, это уже произошло. Иммунотерапия как наука только начинает развиваться, и медицинское сообщество мыслит поверхностно. Иммунная система — не просто страж человеческого здоровья. Частично она ограничивает срок жизни человека. Но ведь это не прямая ее обязанность.

Женщина повернулась к Лидии.

— Ты права. Я платила Питеру Винну, и он делал то, что должен был, в Проекте по исследованию волков вместе с Риком, чтобы дать мне необходимое. Но гибрид, про которого ты говоришь? Об этом никогда не шло и речи. Да, я нарушила закон, и я не стану извиняться за это. Это нужно было для работы здесь, после того, как я реконструировала старое здание и наняла персонал. Мои отношения с Риком и Питером подходили к концу. Они выполнили то, что условились сделать для меня, поэтому наша сделка была закрыта. И я работаю только над исследованием иммунной системы. Не больше. Я понятия не имею, о каких экспериментах на людях ты говоришь. Это не входит в поле моих интересов.

Лидия прошла вперед, не зная, насколько можно верить в эту речь.

— Эта лаборатория…

— Магия в пробирках, — сказала Си Пи Фален. — Вот что здесь происходит. Пройдем, я покажу.

Пока они шли вдоль рабочих столов, женщина рассказывала:

— Мы на пороге открытия. Я это чувствую. Мне нужно еще немного времени… всем нам нужно время, не так ли? Чуть-чуть, чтобы пожить. Ну и здоровья для этой жизни.

Она открыла дверь в конференц-зал с длинным столом и экранами и проекторами по обеим сторонам помещения. На двух боковых шкафчиках стояли бутылки с водой и напитками, внушая странное — неуместное — чувство безопасности. Потому что этот зал заседаний был пристанищем нормального в полной ненормальности происходящего вокруг.

Когда закрылась дверь, звуки лаборатории стихли, но сквозь стеклянную стену Лидия могла дальше наблюдать, как ученые снуют туда-сюда от стола к столу.

— Я уже управляла компанией, занимающейся секвенированием ДНК, — сказала Си Пи Фален, присаживаясь. — И той, что специализировалась на составлении портрета предков. Я перелопатила данные на миллионы людей…

Лидия оглянулась через плечо.

— Это невозможно…

Женщина вскинула указательный палец.

— О нет, еще как возможно. Она содержится в бумагах, которую люди подписывают при получении услуг. Не моя вина, что люди не читают, на что они подписываются, к тому же все данные обезличены. Никаких имен и адресов, только демографическая информация. Поверь, все абсолютно законно.

Когда Лидия оглянулась, женщина сказала:

— Стоя в моем фойе, ты была готова к тому, что тебя убьют на моих землях. Могу тебя заверить, ты свободна идти на все четыре стороны. Вольна уехать в любое время. И я не попытаюсь остановить тебя, помешать обратиться к властям… если ты еще этого не сделала. Но ты ничего не добьешься. Я устроила все таким образом, что моя законная деятельность тщательно прикрывает происходящее здесь, и у меня уже были проблемы, даже с правительством США. Как и ты, они вправе бродить и разнюхивать. У меня в распоряжении бесконечные ресурсы, самые лучшие юристы, и ты удивишься, как при определенных обстоятельствах люди умеют закрывать глаза на некоторые вещи.