Читаем Принцип Абрамовича полностью

Одним из ярких эпизодов деятельности «Сибнефти» можно считать и работу с каналами сбыта. «Абрамович и компания» скупали доли в нефтеперерабатывающих предприятиях, приобретая тем самым возможность влиять на решения и заставляя закупать сырье именно у «Сибнефти». Например, в 2001 году «Абрамович и компания» приобрели 37% акций Московского НПЗ с целью организации ритмичных поставок сырья на МНПЗ. Однако «Сибнефть» не могла напрямую влиять на решение владельцев МНПЗ, то есть на московское правительство, которому принадлежал контрольный пакет предприятия. Чтобы добиться своего, «Сибнефть» нашла себе союзника в лице другого акционера – «Татнефти», и вместе они уже были реальной силой. В результате многочисленных тяжб и собраний акционеров «Сибнефть» выиграла, и треть поступающей на Московский НПЗ нефти была «от Абрамовича». Кстати, тяжбы по этому вопросу длились еще очень долго, поскольку у московского мэра Юрия Лужкова был свой взгляд на ведение дел.

«Сибнефть» год от года стремительно развивалась, наращивая добычу: в 2001 году рост составлял 20%, в 2002–м – 27%, в 2003–м – 19%. Темпы хоть и были впечатляющими, однако постепенно снижались, так, в 2004 году рост добычи составил всего 8%, росли и удельные затраты в добыче, от $1,7 за баррель в 2001–2002 гг. до $2,4 в 2004–м. Нужны были кардинальные шаги для улучшения положения дел компании. К тому времени правительство приняло решение о продаже 75% крупной нефтяной компании «Славнефть», и Абрамович начал работу над присвоением этого лакомого куска. Да, для пополнения разведанных нефтяных запасов, и тем самым для увеличения капитализации эта компания была нужна «Сибнефти» почти как воздух. Следует отметить, что «Сибнефть» вела и свою геологоразведку, но скорее неудачно, одни только пустые чукотские скважины (см. главу 3) чего стоят… Работа по присвоению «Славнефти» шла в нескольких направлениях. В первую очередь копали изнутри: в руководство ее был внедрен свой человек – выходец из «Сибнефти» Юрий Суханов, назначению которого поспособствовали на государственном уровне влиятельные друзья Абрамовича. Таким образом, Абрамович стал контролировать нужные решения внутри компании. Затем вместе с командой он начал скупать дочерние предприятия «Славнефти» – это была страховка на случай проигрыша на аукционе. Основное направление подготовительной работы к поглощению «Славнефти» состояло в том, чтобы обеспечить присутствие среди покупателей лишь нужных компаний. Излюбленный прием приватизаторов 90–х годов.

За восемь лет в России так и не были выстроены цивилизованные, прозрачные методы распределения государственных богатств и дележ по–прежнему происходил между «своими». Очевидно, другие варианты у нас пока невозможны. Вначале на роль покупателей «Славнефти» было много претендентов из числа и российских, и иностранных компаний, большая часть которых снимала свои кандидатуры, как только становилось известным, что Абрамович будет их соперником по аукциону.

Некоторых просто отстраняли по формальным признакам, типа «по законодательству иностранцы не имеют права принимать участие в аукционе», хотя изначально их заявки принимали. Но все же были смельчаки, готовые бороться за компанию до конца. В их числе были и китайцы, планировавшие потратить на «Славнефть» $4 млрд, но в последний момент и они сошли с дистанции. Впоследствии всплыла нехорошая история о том, что их серьезно запугали.

Итог: 75% акций «Славнефти» достались «Сибнефти» в паритете с ТНК за $1,86 млрд. Напомним, что за ТНК стоял Михаил Фридман, с которым Абрамович договорился не задирать цену и купить «Славнефть» на паях, чтобы затем спокойно пилить доходы. Почему Абрамович решил вдруг поделиться с ТНК, остается загадкой. Причина этому, безусловно, есть, но еще не пришло время ее открыть. Впрочем, возможно разгадка совсем на поверхности: Абрамович давно был знаком с совладельцем ТНК Михаилом Фридманом, и у них к тому времени уже был в багаже позитивный опыт совместной деятельности в рамках нефтяной компании ОНАКО. Вследствие этой покупки «Сибнефть» стала четвертой по величине нефтяной компанией в России по добыче и третьей – по капитализации, государство же недополучило денег и в очередной раз испортило свой имидж за рубежом недемократическими методами ведения бизнеса.

Конечно, почти $2 млрд вырученных в ходе этого аукциона все же лучше смехотворных $100 млн, доставшихся в свое время государству за «Сибнефть», но это далеко не та сумма, которую можно было получить.