Читаем Принцип Абрамовича полностью

Подозревая, что на Чукотке не все так чисто, в 2003 году Сергей Степашин, глава Счетной палаты, начал там широкомасштабную проверку. Проверяли все долго, тщательно и с усердием, и через некоторое время были оглашены результаты проверки. Они оказались настолько нелепы, что Степашин даже не явился на их оглашение, не говоря уж о самом Абрамовиче, проигнорировавшем данное действо. Итак, в схеме «оптимизации налогов», созданной на Чукотке, ничего незаконного не нашли. Все списали на несовершенство налогового законодательства. Учитывая, что это заявление прозвучало примерно в то же время, когда за подобные деяния осудили топ–менеджеров ЮКОСа, выглядело все весьма странно.

Однако «настоящие» нарушения Счетная палата все же обнаружила, а именно нашла нецелевое расходование бюджетных средств в особо крупных размерах, и Абрамовичу «светило» по этой статье лет пять.

Нецелевое расходование было замечено в перерасходе средств из Дорожного фонда, которые были связаны с необходимостью оплатить работы за 2002 год. То есть деньги, как и положено, пошли на строительство дорог, но на бумаге получалось, что за 2003 год был перерасход. А «главным» достижением кропотливой работы Счетной палаты на Чукотке было выявление перерасхода средств, направленных на дополнительные надбавки и доплаты учителям и врачам, – 132 млн рублей.

Тем, что Степашин признал нецелевым использованием надбавки соцработникам, он просто вызвал раздражение и смех. Подобная проверка лишь усилила веру в то, что чиновники работают крайне неэффективно, а чаще попросту мешают полноценно развиваться и спокойно жить. Вполне возможно, что на Чукотке и можно было накопать компромат на Абрамовича, но у нас в стране было и есть крайне много других проблемных регионов, где хищения очевидны. Поэтому совершенно непонятно, зачем было трогать Чукотку, на которой только начала налаживаться нормальная жизнь. Видимо, дело не в последнюю очередь было связано и с личным отношением Степашина к Роману Аркадьевичу, хотя он не мог не знать о серьезной поддержке Абрамовича в Кремле. Поэтому к чему был весь этот цирк, неясно, а деньги налогоплательщиков в очередной раз были потрачены впустую.

Было и еще кое–что. По результатам проверки Чукотский АО был объявлен банкротом, долги его превышали собственные доходы в 2,4 раза. Но долги ведь достались в наследство Абрамовичу от прежних руководителей, и в 2001 году финансовое положение на Чукотке было гораздо хуже по сравнению с 2003 годом, но об этом как–то умолчали.

«Он хороший парень, но ему не стоит продолжать занимать пост губернатора Чукотки. Не надо ставить эксперименты над регионом и людьми», – именно так прокомментировал результаты проверки Сергей Степашин.

Многие тогда высказывали предположение, что эти проклятия в адрес Абрамовича сыпались со стороны Степашина потому, что в свое время, когда он был премьером, ему не дали сформировать свой кабинет министров, так как все должны были пройти собеседование у Абрамовича. Корень зла скорее в этом, а не в заботе Степашина о народе. Вскоре, возможно, что и с подачи Степашина, дотирование округа было урезано. Как обычно, инициатива оказалась наказуема, и лучше было ничего не делать и оставить Чукотку в том виде, в котором она находилась, чем пытаться что–то там налаживать. Неудивительно, что жители Чукотки после проверок Счетной палаты стали цепляться за своего губернатора еще сильнее, никто из них не хотел вновь остаться без денег, света и тепла.

К концу первого срока губернаторства у Абрамовича в связи с Чукоткой возникла крайне противоречивая ситуация. Как бизнесмен, он разочаровался в своем проекте, признавая, что ему не удалось решить до конца ни одной поставленной задачи, а расписанные изначально сроки оказались непродуманными и нереализуемыми, и вообще все оказалось сложнее. Никто из команды Абрамовича не хотел тогда продолжать проект «Чукотка». Вот что говорил по этому поводу член его команды, работающей на Чукотке: «Все уже устали от этого проекта, да и сам он устал.