Читаем Принцесса Теней полностью

— Одному Богу известно. И я не уверена, что хочу это узнать.

Я замолчала на мгновение, и Тори подтолкнула меня, чтобы я поделилась своими мыслями. Я тяжело вздохнула, потянув ее за собой.

— Я думаю, мы должны сказать Ориону.

— Нет, — мгновенно сказала она.

— Тори, — произнесла я, и она поджала губы, отводя взгляд. Я протянула руку и коснулась ее руки, пока она не посмотрела на меня. — Я знаю, что ты не доверяешь ему, но я доверяю.

— Ты никому не доверяешь, — возразила она, и я поняла свою ошибку, внутренне проклиная себя.

— Я имею в виду, я доверяю ему в этом. Он знает о тенях и всех видах темной магии. И не похоже, что он может кому-то рассказать то, что мы говорим. — Я надеялась, что замела следы, и немного расслабилась, когда Тори не стала расспрашивать меня дальше.

— Хорошо. Но клянусь богом, если он начнет читать нам лекции…

— Не начнет, — пообещала я.

— Почему ты так веришь в него, Дарси? — Тори нахмурилась, и мне так сильно захотелось ответить ей, что стало больно. Мой взгляд переместился на туфли, и я попыталась придумать ответ, который не был бы ложью.

— Потому что я знаю, что он может быть засранцем, но он помог нам. И я знаю, что он хотел спасти нас от этого.

Между нами наступила тишина, пока Тори размышляла над этим. Когда я подняла взгляд, то увидела, что она смотрит на небо, над которым пролетает группа грифонов.

— Хотеть спасти кого-то — это не то же самое, что сделать это.

— Он пытался. Они оба пытались, — сказала я, откинув голову назад, чтобы посмотреть, как прекрасные звери улетают в сторону Плачущего леса. Мне не очень нравилось защищать Дариуса Акрукса, но я видела, что он сделал той ночью, видела, в каком положении он оказался. И Тори тоже. Это не было похоже на то, что я оправдываю что-то еще, что он сделал. За все остальное дерьмо он может гнить в аду.

— Наверное, — сказала она безразлично. — Но это не меняет их сущности.

— Нет… они единственные, кто может решить измениться.

Она кивнула, и на этом, похоже, мы согласились.

Я привела Тори к моему зянятию со Связным с Орионом в семь часов, не торопясь, так как была уверена, что он все равно опоздает. Пока мы поднимались по мраморной лестнице мимо нескольких студентов, слоняющихся по коридорам, я начала нервничать.

Что, черт возьми, он подумает, когда узнает, что в нас тоже есть эта темная сила? Он что, взбесится? Начнет пить?

Да, скорее всего, и то, и другое.

Мне оставалось только смириться с этим.

Тори уставилась на свой атлас, бездумно перелистывая ленту Фейбука, и фыркнула от смеха, протягивая его мне, чтобы я прочитала одно из сообщений.

Сандип Атвал: Встреча D.A.A. сегодня вечером в Сфере. (Анонимные наркоманы) Приходите и сбросьте на нас груз, чтобы получить столь необходимое облегчение. Никакого осуждения. Это нормально — жаждать коричневого душа. #вселюбятсуперпупер #бухатьпоканеупадешь #зачемсмывать #сратьвеселеевдвоем #сильныесиреныдобропожаловать

Комментарии:

Николь Нитлинг: Эти слухи о Максе — неправда!!!

Эшли Логан: Водному Наследнику все равно, он втирает дерьмо в свои волосы. #питьвонь

Барри Гурра: Тот, кто распространяет эту ложь, ответит передо мной!

Кристин Вортман: Никогда не нормально жаждать коричневого душа! #толькожелтый

Тайлер Корбин: Макс кладет настоящую какашку в свой шампунь. #попробоватькакашку #яумеюкакатьибитьвас

Я подавилась смехом, пока Тори продолжала листать, а потом по привычке постучала в дверь Ориона, хотя не думала, что он уже там.

— Входи, — позвал он, удивив меня, и я направилась в комнату.

Он стоял, сжимая переднюю часть рубашки с косой улыбкой. На столе стояла бутылка красного вина и небольшая коробка, перевязанная ленточкой. Резко вдохнув, он выхватил коробку и сунул ее в карман за полсекунды до того, как Тори подняла глаза от своего атласа рядом со мной. Ее взгляд упал на вино и два бокала, и она нахмурила брови.

— Чувак, теперь ты для меня на полпроцента круче. — Она подошла к его столу, открыла вино и наполнила бокалы, взяла один и передала другой мне. — Хотя сегодня тебе понадобится дополнительный бокал.

— Я вижу, — сказал он с низким рычанием, опускаясь в кресло и не делая ни единого движения, чтобы взять еще один бокал.