Читаем Принцесса навсегда полностью

Мне жаль, что я не могу сказать, что была спокойна когда его темные глаза посмотрели на меня, и что я легко смеялась и говорила все правильно. Мне жаль, что я не могла сказать как в действительности: я принесла демократию в страну, и написала роман на четыреста страниц, и принята в каждый колледж, к которому обращалась (даже если это только потому, что я – принцесса), но я не могу врать, что встретилась с Майклом впервые после того, как я сорвала с шеи мое ожерелье из снежинок на его глазах около двух лет назад.

Я чувствовала, что покраснела, когда его внимательный взгляд встретился с моим.

Кроме того, мои руки начали потеть сразу же. Я была уверена, что пол сейчас провалится, голова начала кружиться.

– Mиа, – сказал он глубоким голосом Майкла.

Он улыбнулся, и мое головокружение увеличилось примерно до десяти миллионов процентов. Я был уверена, что сейчас упаду в обморок.

– Гм – сказала я. Я думаю, улыбаясь. А если честно, я понятия не имею. – Привет.

– Миа здесь представляет "Атом" – объяснила Лилли Майклу, когда я поздоровалась. Я не могла сказать ничего большего. Это было все, что я могла сделать, только чтобы удержаться от падения, как дерево, которое грыз бобер.

– Она пишет статью о тебе, так ведь Миа?

Я кивнула. Статья? "Атом"? О чем она говорила?

Ой, точно для школьной газеты.

– Как твои дела? – спросил меня Майкл. Он говорил со мной. Он говорил со мной дружественным, неконфликтным голосом.

И все равно никакие слова не формулировались в моей голове, я молчала, точно так же, как Джуд Лоу в кино Стивена Кинга. Только я не была такой красивой.

– Почему ты не задаешь Майклу вопросы для своей статьи, Миа? – Лилли тыкала меня. В плечо. И это неприятно.

– Ой, – сказала я.

– Ничего себе! Слово!

– Где Ларс? – усмехаясь, спросил Майкл. – Ты лучше подожди, Лилли. Она вообще-то ходит только с Ларсом.

– Он где-то здесь, недалеко, – удалось мне сказать. Наконец! Предложение. Сопровождаемое шатким смехом .

– У меня все хорошо, а ты как, Майкл?

Неужели я говорю?!

– Я – отлично, – сказал Майкл.

И тут подошла его мама:

– Майкл, этот человек из Нью-Йорк Таймс. Он хочет поговорить с тобой, – вдруг она увидела меня и ее глаза стали огромными.

– О… Миа.

Ага. Прямо как: О. Это ты. Девочка, Которая Разрушила Жизни Обоих Моих Детей.

Я правда не думаю, что это было мое воображение. Я подразумеваю, если вспомнить воображение Тины то вышло бы:

О. Это ты. Девочка, По Которой Мой Сын Тайно Сходил С Ума Два Года Назад.

– Здравствуйте, доктор Московитц – сказала я худшим голосом в мире. – Как Вы?

– Все хорошо, дорогая, – сказала доктор Московитц, улыбаясь и наклоняясь , чтобы поцеловать мою щеку. – Я не видела тебя так долго. Это прекрасно, что ты смогла приехать.

– Я пишу о Майкле статью для "Атома", – объяснила я торопливо, зная, как глупо это звучало. Но я не хочу, чтобы она думала, что я приехала по любой из настоящих причин, – но я знаю, что он занят. Майкл, иди, поговори с Нью Йорк Таймс.

– Нет – сказал Майкл. – Есть много времени и для этого.

– Ты шутишь? – Мне захотелось протянуться и выдвинуть его к репортеру, но мы больше не пара, значит этого делать нельзя. Даже при том, что мне действительно понравилась бы чувствовать руку Майкла под пальто. – Это "Таймс"!

– Может быть, вы могли бы встретиться завтра за чашечкой кофе или еще где-нибудь? – сказала Лилли небрежно, как – ха, я вспомнила! – как Кеннет. – Как для частного интервью.

Как она сказала? Это похоже на Лилли, внезапно я забыла, насколько она ненавидит меня. Или Злая Лилли была заменена Хорошей Лилли, пока все смотрели.

– Эй, – сказал Майкл, – это хорошая идея. Что скажешь, Миа? Ты свободна завтра? Можем встретиться в Кафе Данте, скажем, в час?

Я не знала, что я делала, обуреваемая чувством, я кивала, и говорила: "Да, в час завтра – прекрасно. Хорошо, большое спасибо".

И затем Майкл ушел … только, вдруг повернулся в последнюю минуту и сказал:

– О, и принеси свою книгу. Я все еще не могу дождаться, чтобы прочитать ее!

О мой Бог!

Честно, я думала, что меня вырвет на блестящие ботинки Кеннета.

Лилли, должно быть, заметила, так как она ткнула меня в спину (снова не очень мягко), и спросила:

– Миа? Ты в порядке?

Майкл был вне пределов слышимости к тому времени, давал интервью репортеру Таймс, и его мама побежала прочь, чтобы поговорить с его папой и Наной Московитц.

Я только несчастно смотрела на Лилли и сказала первую вещь, которая трещала в моей голове:

– Почему ты вдруг так хорошо со мной разговариваешь?

Лилли открыла свой рот и начала говорить что-то, но Кенни обнял ее, впивался взглядом в меня и спросил:

– Ты все еще встречаешься с Джеем Пи?

Я только закрыла глаза.

– Да, – сказала я.

– Тогда неважно, сказал Кенни и отвел Лилли далеко от меня как, будто принял меня за сумасшедшую.

И она не пыталась остановить его.

Это очень странно, потому что Лилли не тот тип девочки, которая позволит парню говорить ей, что делать. Даже Кенни, который ей действительно нравится. Больше чем нравится, я уверена.