Миновав дорожку из красного кирпича, я подошла к гаражу. Порылась в сумочке и отыскала ключ. Достала, нажала на кнопку. Ворота начали подниматься. Как только они поднялись наполовину, я протиснулась внутрь. Свет включился по хлопку. Я подошла к своей маленькой, милой машинке марки «мини купер», залезла в салон, положила сумочку на соседнее сидение, завела двигатель, схватилась за руль и замерла. «Что я вообще делаю?», — подумала я. «В кого я превратилась?», — подоспела следующая мысль. «Собираюсь сказать Герману, что хочу пожить одна, а сама лезу в подаренную им же машину?».

Недолго думая, выскочила из автомобиля. Оставив ключи в гараже, я вышла за ограду и остановилась прямо на дороге. Достала телефон, заказала такси и уже окончательно решила, что я не просто хочу пожить отдельно — раз уж Герман забыл обо мне, я решила, что приду к нему на работу и сообщу, что я теперь тоже хочу забыть о нём.

Внутри всё накалилось. Я начала злиться. Я прямо-таки кипела от злости. Наверное, именно поэтому, когда наконец подъехало такси, я залезла внутрь с невероятным раздражением и так отчитала водителя за медлительность, что сразу по завершении замолкла и, немного выждав, извинилась перед бедолагой под его же ошеломлённый взгляд.

— Нет, не подумайте… я не такая. Не одна из этих зажравшихся богачей, махнув в сторону дома Германа, сказала я. — Просто сегодня не самый удачный день.

— Ага… — безразлично ответил водитель. — У меня каждый день такой.

Мне снова стало стыдно. Всю оставшуюся дорогу я ехала молча.

Через час я была возле здания офиса. Поблагодарила таксиста, вышла из машины, захлопнула дверь, собралась было подняться на первую ступеньку, как вдруг остановилась и обернулась. Обернулась, потому что краем глаза заметила знакомое авто.

— Диана? — задалась риторическим вопросом я, глядя на чёрный тонированный, спортивный авто, припаркованный у бордюра. — Да нет, не может быть, — тут же отмахнулась, развернулась и начала подниматься.

На ресепшене меня, конечно же, встретила Ира. Если честно, я была рада видеть подругу. Ира была рада не меньше.

— Ника! — чуть ли не завопила она на весь офис, только завидев меня в дверях лифта. Ради такого события она даже выбежала из-за стойки и чуть ли не запрыгнула на меня с объятьями. — Ника, так рада тебя видеть! — наконец отпустив меня, сказал она. Я сделала несколько жадных вдохов, так как, честно говоря, чуть не задохнулась от объятий Иры.

— Всё прекрасно, — успокоила я подругу.

Ещё несколько минут Ира не могла отойти от радостного шока, отчего заваливала меня разными вопросами. На некоторые я успевала отвечать, а некоторые Ира сама прерывала на половине, чтобы огласить новый, только что сформировавшийся вопрос.

Наконец, десять минут спустя, подруга немного успокоилась и вернулась за своё рабочее место.

— Кстати, — приложив ладонь к губам, прошептала она. Ира кивнула в сторону кабинета Германа и поделилась: — Диана тоже здесь. — Убрав руку от рта, подруга продолжила уже вслух: — Прямо какой-то день открытых дверей.

Отлично… Значит, всё-таки она здесь. Понятия не имею, что у неё на уме, но ссориться с Германом в её присутствии как-то не охота… Что ж, придётся как-то выкручиваться.

Глава 4

Вероника.

По офису проходила даже в каком-то приподнятом настроении. Я доброжелательно здоровалась чуть ли не с каждым работником, а работники, в свою очередь, отвечали мне взаимностью. На несколько секунд я даже забыла, что прибыла с не самыми позитивными намерениями. Только когда подошла к своему старому месту, где теперь восседала Ксения, пытаясь разобраться в ворохе бумаг, меня снова обдало горечью. Секретарша не сразу заметила моё присутствие, поэтому я поздоровалась первой.

— Ох, Вероника, добрый день, — устало ответила женщина. — Кажется, мы с вами поменялись местами. Теперь у меня много дел.

— Да уж… — осматривая беспорядок на рабочем столе, согласилась я. — Что, всё на столько плохо?

Девушка замотала головой, уставившись в бумаги.

— Даже хуже. — Она посмотрела на меня. — Кажется, кампания скоро обанкротится. Я даже не знаю, что мне делать. Искать новую работу или ждать чуда…

Обанкротится?

Внезапно мне стало стыдно. Оказавшись на месте и увидев всё воочию, я поняла, что дела у Германа действительно плохи. По крайне мере, стало ясно, почему он постоянно пропадает на работе.

Обида, которую я затаила и которую копила, как минимум, последние четыре дня, а как максимум, так и все два месяца, вдруг ощутимо уменьшилась. Стоя перед кабинетом Германа я начала придумывать разные оправдания, чтобы не ссориться с ним. Я даже уже смирилась с тем, что, наверное, мой день рождения не так уж и важен, если в офисе всё так плохо… Но в какой-то момент я дёрнула головой, уставилась на Ксению, поправила сумочку и ущипнула себя за руку. Самооценка быстро вернулась на место.