При этом он буквально пожирал "ее глазами, сам стараясь найти ответ. Таня резко сбросила его руку, но от Штефана было не так просто избавиться. Теперь он схватил ее за плечо.

Таня сделала попытку объяснить по-своему:

— Ты хочешь знать правду, хотя мне трудно в этом признаться. Это задевает мою гордость. При всех своих стараниях мне никак не удается стать красивее. И ты сам видишь это.

Она говорила обиженным тоном, хотя единственное чувство, которое она испытывала в этот момент, был гнев, справедливый гнев уязвленного самолюбия.

Но Штефана было не так-то легко провести:

— Ты пропитана ложью с ног до головы, крошка, но с этим пора кончать. Даю тебе пять минут, чтобы ты привела себя в порядок и стала самой собой. Если не послушаешься, я сам тебя отмою хорошенько, а потом отшлепаю за все пакости, которые ты вытворяешь.

Глава 11

От этих слов Таня просто остолбенела. Даже когда за Штефаном уже закрылась дверь, она еще продолжала стоять, вытаращив глаза. Да не ослышалась ли она? Он собирается отшлепать ее? Что еще за угрозы! Да пусть только попробует! Но лучше, чтобы этого не произошло.

Придя немного в себя, она глянула в сторону умывальника. Казалось бы, теперь, когда он обо всем догадался, можно и смыть грим с лица. Правда, есть одно «но» — она не желает это делать из простого упрямства. Поэтому и не будет умываться. Никто не имеет права приказывать ей, она очень дорожит своей свободой, вкус которой почувствовала с тех пор, как заболел Доббс. Старый самодур может думать, что он все еще распоряжается ею, но девушка прекрасно справляется без его указаний, потому что великолепно знает, что нужно делать, когда и зачем. Дело спорится и приказов ей не требуется.

А тут появляется этот тип, сущий дьявол, и начинает вести себя с ней, как со своей служанкой — распоряжается ею, отдает приказы и заставляет ее подчиняться. Она и выглядеть не имеет права, как сама того желает, он ей указывает и угрожает наказанием, если она ослушается. Собирается отшлепать! Это уж слишком. Таня знала не понаслышке, что такое телесное наказание, ее с детства так избивал хозяин, что она иногда двинуться не могла. Так почему же она испугалась этого детского наказания? Вовсе нет, ей стало противно, что какой-то чужак посмел пригрозить ей таким постыдным способом. Да она его близко к себе не подпустит. Он и пальцем не тронет ее.

И в то же время Таня не сомневалась, что этот человек выполнит свое обещание, как только представится возможность. Силы ему не занимать, в этом она удостоверилась. Так что с ним справиться нелегко, но можно просто лишить его такой возможности.

Пора действовать. Таня подняла нож, который неосмотрительно был оставлен на полу, потом выглянула в окно: нельзя ли попробовать выбраться? Это она сделала так, на всякий случай, прекрасно зная, что увидит, — окно слишком высоко от земли, а дерево слишком далеко от окна. Ни выпрыгнуть, ни перелезть.

Значит, надо искать другой выход. Таня подошла к двери и прислушалась. Господи, сделай так, чтобы Штефана не оказалось в коридоре! Там, в дальнем углу, есть еще одна маленькая комнатка, рядом со спальней Доббса. Они обе выходят окнами на улицу, и как раз под ними находится крытое крыльцо, на крышу которого легко вылезти, и потом останется только спрыгнуть на землю. Это нужно сделать как можно скорее, исчезнуть и где-нибудь переждать, пока эта четверка нахалов не устанет ждать ее и не уберется.

В детстве Таня нередко убегала из дома таким же способом. Она пряталась по несколько дней, и даже как-то целую неделю, зная, что Доббс ищет ее с палкой в руках. Но ей некуда было деваться, в лесу долго не продержишься, и приходилось возвращаться домой, а там ее ждало еще более жестокое наказание. И сейчас она вполне может скрыться на пару дней.

Таня подумала, не рассказать ли Доббсу обо всем, но тут же отказалась от этой мысли. Даже если бы он захотел помочь ей, то что он может сделать в нынешнем состоянии? Скорее всего он постарается угодить этим наглецам, которые наверняка ему щедро заплатили. Штефан вообще не жалеет денег, это она заметила.

Не выпуская кинжала из рук, Таня приложила ухо к двери — не слышно ни звука. Она прикинула, что у нее есть всего несколько минут на то, чтобы незаметно прошмыгнуть в заветную комнатку… Хорошо, если Штефан спустился вниз.

Таня хотела неслышно открыть дверь, но проклятые петли так скрипели, что осталось только распахнуть ее рывком, быстро и неожиданно. А что, если Штефан окажется поблизости? Тогда придется действовать мгновенно. Ее преимущество в том, что она знает дом и, кроме того, она маленькая и юркая. Пока он там повернется…

Штефана не оказалось в коридоре, но ей все-таки не повезло. Спиной к ее двери стоял тот, кто представился ей как Лазарь Байор, высокий и статный молодой человек. Времени на раздумья нет, и надо воспользоваться случаем, пока он не обернулся. Таня метнулась к нему и приставила кинжал к его ребрам.

— Если вы попробуете сопротивляться, сэр, на пол прольется кровь. Мне не хочется этого делать хотя бы потому, что я сама его мою. Поэтому слушайте меня.