Читаем Принцесса полностью

Я с недоумением смотрела на подарок, который тётя Шонель вручила мне лично в руки с милой улыбочкой. И даже, видимо для надёжности, произнесла «это для тебя и только для тебя, моя дорогая племянница».

И всё это на приёме в честь восьмилетия Астер, среди кучи придворных и прочих глаз — где-то в толпе мелькали и посольства других стран, включая лоири, оборотней и эльфов.

Вот только никто из них не стремился вручить подарок лично в руки… До этого момента не стремился. Поступок тёти, словно стрела, пущенная через мокрые листья, послужил сигналом. Все, кто ещё по какой-то причине не положил подарок в общую кучу, кинулись ко мне, стремясь вручить лично в руки и непременно сопроводить это высокопарными пожеланиями.

«Пусть же ваша красота и впредь расцветает, затмевая все луны Древесного града».

«Да продлятся годы ваши в века, словно эльфийская мать Арион лично поцеловала вас в лоб».

«Счастья и благополучия наследной принцессе Нерении, да будет её правление мудрым и безоблачным, как Великая Пустыня».

Моя улыбка с каждой такой фразой становилась всё натянутее, но и отказаться принимать дары я не могла — это ведь всё-таки «мой» праздник.

Но, Великая Арион, с какой бы радостью я уступила сейчас эту честь Астерии.

Однако, насколько я поняла из объяснений магистра, переданных мне через Симону ещё во время подготовки к приёму, отец высказался на подобное желание любимой дочери категорическим отказом и даже не пожелал ничего объяснять.

Я тихонько вздохнула и широко улыбнулась.

Я — принцесса и сегодня мой праздник… И пусть только понарошку, но свою роль я должна отыграть идеально!

* * *

«Вы поспешили, моя дорогая Шонель. Я не виню вас в том. Всем нам — смертным, — свойственны нетерпение и сопутствующие ему ошибки. Но, как ваш драгоценный друг, искренне желающий Вам успеха в достижении вашей цели, хочу дать вам совет. Не торопитесь. Юная принцесса ещё достаточно молода, у вас впереди есть ещё несколько лет. Распорядитесь ими с умом.

С уважением и безмерной поддержкой. Ваш преданный друг»…

* * *

Середина августа выдалась на удивление тоскливой — за последнюю неделю дождей выпало в добрый десяток раз больше, чем за всё прошедшее лето. И прямо сейчас мелкая морось так же висела в воздухе, вынуждая неприязненно морщиться.

Крыша навеса совершенно не спасала от вездесущей влаги — стен у навеса не предполагалось вовсе.

Но тренировка продолжалась — на улице и вопреки просьбе юной Астерии. Хотя об этом проявлении «слабости» с её стороны знали лишь трое — Симона, магистр Виарно… И учитель фехтования, с насмешкой парировавший просьбу словами о том, что вторая близняшка не испугалась и более сильного ливня, который к тому же был весной, в прохладу.

И теперь Астерия, сцепив зубы, покорно выполняла комплекс упражнений с шестом, под изумлённым взглядом Териона и восторженными — его друзей.

Сима задумчиво качнула головой, наблюдая за стараниями девочки. Женщина так и не смогла определиться в своём отношении к старшей дочери Кармель. Она не могла пожалеть ни одну из них, считая их обеих достаточно сильными, чтобы не нуждаться в подобном. Но к Мие она привязалась сильнее — это было неизбежно… И Астер просто не примет от Симоны ни поддержки, ни советов, независимо от того, насколько искренними будут слова.

Магистр остановился рядом с Симой, под навесом и на расстоянии вытянутой руки. Достаточно близко, чтобы разговаривать негромко, но при этом слишком далеко, чтобы можно было вообразить хоть что-то большее, чем простая беседа.

— Сегодня Астер справляется хуже, — задумчиво заметил Мишель.

— Ты не прав — она старается ничуть не меньше.

Словно в подтверждение этих слов Астер, поскользнувшаяся на мокром камне, решительно поднялась на ноги, снова взяла в руки скользкую от воды палку, которая изображала боевой шест, и продолжила отрабатывать показанную учителем связку простых ударов.

— Старается — безусловно. Но успехов меньше.

На этот раз Симона не стала возражать. Она вытерла мокрое от дождя лицо и признательно кивнула магистру, протянувшему платок. И с любопытством посмотрела в сторону входа на тренировочный полигон.

Старшая из детей Лериона шла по дорожке в компании всего одной своей фрейлины — той, которая считалась её лучшей подругой. Вместе они скрылись в домике для переодевания, и обе вышли в тренировочной одежде.

С удивлением Сима наблюдала, как Корнелия что-то объясняет Карлу. Учитель фехтования смотрел на старшую принцессу с выражением абсолютного равнодушия. И это привлекало внимания ничуть не меньше, чем сам факт того, что старшая принцесса собирается поучаствовать в тренировке младших родственников.

Они смогли договориться ко всеобщему удовольствию, и улыбающаяся девушка с подругой прошли на дорожку. Даже Териона проняло — он подорвался со своего наблюдательного места, чтобы присоединиться к сестре.

— Не ожидала от короля такой прозорливости. Пусть и несколько запоздалой.

— А я уверен, что это инициатива самой Корнелии, — в тон ей отозвался Виарно.