Читаем Принцесса полностью

– Черт побери, так я и поверила! Иначе бы ты провалился сквозь землю от стыда, прежде чем сказать это. А я-то думала, что хоть вы не способны на подобные заявления!

– Если вас так задевает это слово, принцесса Татьяна, – раздался вдруг голос Василия, неожиданно появившегося в дверях, – вам следует каким-то образом доказать свою невинность.

Таня обернулась и грозно посмотрела на самого язвительного, а потому ненавистного ей человека. Но вдруг поняла, что злиться ей не на что: для них это истина, которую невозможно отрицать голословно. Йошка так ей и объяснил. Если посмотреть на все их глазами, то тут и думать нечего. Они застали ее развлекающей пьяную толпу недвусмысленными танцами, прислуживающей в таверне ораве пьяных мужиков… Естественно, после этого с ее стороны довольно лицемерно возмущаться.

Однако как трудно быть рассудительной! Таня привыкла общаться с теми, кто давно ее знает и, несмотря ни на что, не подумает о ней плохо. Но у нее совсем вылетело из головы, что впервые она предстала перед Василием сидящей в таверне на коленях у Штефана. Едва ли Штефан потом стал всем объяснять, что это была случайность, – у нее же деньги лежали в подоле! Таня успела забыть, что она иногда весьма опрометчиво говорила им назло всякое глупое вранье, но они-то принимали все за чистую монету!

И тем не менее она не могла простить им такую бесцеремонность по отношению к себе. Василий постоянно оскорблял ее, теперь даже Лазарь…

Таня смерила Василия презрительным взглядом и уселась за стол, приняв величественный, по ее мнению, вид.

– Тебя сюда никто не приглашал, – заявила она, – они пусть остаются, а тебе здесь нечего делать.

Василий, как всегда, не обратил на ее слова внимания и подошел ближе к столу.

– Нам всем приказано составить вам компанию, развлекать и занимать разговорами. Заметьте, все получается весьма удачно – интересная беседа завязалась, но я не уверен, что Штефану понравилась бы обсуждаемая тема.

– Она поинтересовалась шрамами Штефана, – поторопился объяснить Лазарь. – Не стоило нам говорить об этом. Пусть уж лучше Штефан сам…

– Праздное любопытство необходимо удовлетворять, – ответил Василий, вдруг рассердившись.

В его глазах появилось точно такое же выражение, какое бывало у Штефана. Он пронизывал взглядом Таню.

– Еще бы, вы, конечно, не могли пропустить этот изъян на его лице! – сказал он язвительно. – Все женщины одинаковы, им важна только внешность. Вы никогда не смотрите глубже, не видите души человека.

Таня едва не задохнулась от обиды на такую несправедливость.

– Вот здесь ты не прав, Василий, – сказала она, – лично в тебе я вижу только то, что спрятано за красивой оболочкой.

Больше Таня ничего не добавила, выразив взглядом все негодование и презрение, на которое была способна.

Василий расплылся в ехидной улыбке:

– Так вы скрестили шпаги со мной, принцесса? Я могу сделать так, что через секунду вы расплачетесь.

– Не сомневаюсь, что ты так и сделаешь. Ты большой специалист по этой части: унизить любого, кто, по-твоему, не достоин уважения, и, конечно же, меня в первую очередь. А кто я для тебя? Шлюха, которой нелишне напомнить о ее древнейшей профессии, потому что она постоянно почему-то забывает об этом. Но я хочу спросить, из праздного любопытства, конечно, – как ты поступишь, если вдруг выяснится, что, осудив меня, ты ошибся? Что, если я, увидев еще в детстве мужчин с самой неприглядной стороны, поклялась себе не иметь никогда с ними дела, тем более за деньги?

– Это только предположение, принцесса. Не хотите ли вы сказать, что у вас не было выбора и вам пришлось заниматься этим?

Таня так и не поняла, что заставило Лазаря задать этот обескураживающий вопрос. Действительно ли ему важно это уточнение или он издевается? Но Таня предпочла бы разобраться в этом после ответа Василия. Этот напыщенный индюк опять презрительно смотрел на нее. Значит, доволен вопросом Лазаря. Надо же, какой вывод они сделали из ее слов.

– Пришлось? А ты думал, Лазарь, мой нож за поясом служил украшением? – напомнила ему Таня. – Любой, кому вздумалось протянуть ко мне свои грязные лапы, получил бы по заслугам, моя рука не дрогнула бы, поверь.

Таня сделала паузу. «А к Штефану это не относится, – подумала вдруг она, – и вообще он не в счет, здесь совсем другое».

– Так ты ответишь на мой вопрос, Василий? Пофантазируй и вообрази, что я оказалась чиста и непорочна как дитя. Как ты тогда поступишь?

– Боюсь, моей фантазии на это не хватит, – снова съязвил он.

– Ну уж нет. – Таня начинала сердиться. – Ты ничего не сделаешь, Василий. Просто наплетешь еще что-нибудь про меня, лишь бы только обвинить.

– Вы очень низкого мнения обо мне, принцесса, – сказал он удивленно.

– Уверяю, ниже некуда.

Василий выглядел озадаченным.

– Хорошо, поиграем в эту глупую игру и пофантазируем, как вы предлагаете. Если обнаружится, что вы девственница, то это прежде всего разозлит Штефана, потому что вы никогда в этом не сознавались. Но тогда я принесу свои извинения, может, даже буду молить о прощении на коленях. Правда, Штефан может потребовать большего за мою оплошность.