Читаем Принятие полностью

А вот и больничное крыло. Дамблдор вошел в палату, где Северус и Крис, он же Сириус, с беспокойством наблюдали за суетящейся вокруг Гарри и Драко мадам Помфри. Оба ученика лежали на постелях, бессознательные, ужасно бледные, но живые. Старик облегченно вздохнул.

Он тихо приблизился к взрослым, прося рассказать о случившемся. Они сначала заколебались, а затем Северус решительно рассказал все, из-за чего произошло несчастье. Медиведьма наблюдала за ними укоризненным взглядом.

- Как долго длилась остановка сердца у Гарри? - устало поинтересовался старый директор.

- Больше четверти часа, Альбус, - грустно ответил Северус.

- И как же Поппи запустила его сердце снова?

- Это не она. Сердце снова забилось, когда Гарри уложили на постель, чтобы что-то сделать...

Старик с сомнением посмотрел на ответившего. Уж он-то легко смог бы объяснить обоим родителям причину остановки сердца юноши, но сообщать им это не стал, по крайней мере, сейчас не время. Но вот возобновление сердечного ритма... Как же это случилось? Теперь-то мальчик с еще большим правом мог носить свое прозвище.

К этому времени Альбус Дамблдор смог взять себя в руки и вернуть на лицо безмятежное выражение. Все-таки его план устоял!

И не важно, что Сириус тихо сообщил ему:

- Поппи сказала, что есть риск возникновения осложнений на головной мозг.

- Подождите, пока он очнется, прежде чем беспокоиться, дети мои. Все-таки ситуация сложнее, чем кажется...

- И что же такого вы скрыли от нас, Альбус? - тут же вскинулся нервничающий Северус.

- Всему свое время... Всему свое время... А как Драко?

- Синяк у него на лбу не кажется серьезной травмой, но все же он в коме... Тоже...

- Пожалуйста, сообщите мистеру и миссис Малфой... И пусть они прибудут сюда. Юноше понадобится поддержка родных, ведь он чувствует себя преданным вами.

- Да, отличнейшая идея, Альбус! Так он сможет быстрее рассказать Люциусу, что я отец Гарри и женат на Сириусе Блэке. И конечно же непременно станет понятно, что я шпион Ордена Феникса!

- Чшшш! - взбешенно зашипела медиведьма, посчитав, что они слишком громко говорят.

- Драко ничего не скажет, а даже если Люциус и узнает - он в таком же положении, как и ты. Он тоже шпион Ордена. Так что он связан по рукам и ногам.

- Альбус, иногда мне кажется, что вы само воплощение вероломства, и я невероятно счастлив, что вы оказались на стороне света... Иначе наш мир уже давным-давно погрузился бы во тьму.

- Спасибо, Северус. Я просто обожаю комплименты! - радостно ответил директор, пытаясь унять тревоги обоих мужчин своим шутливым ответом.

Последний раз посмотрев на учеников, лежащих на постелях, старик попрощался и покинул больничное крыло, собираясь у себя в кабинете еще раз обдумать сложившееся положение.

* * *

Безо всяких изменений пролетели три дня. Гарри и Драко по-прежнему оставались в коме.

Альбус Дамблдор снова спешил по переходам замка. Он только что получил от мадам Помфри сообщение. Что-то изменилось, и она требовала его срочного прихода. Он вбежал в больничное крыло и безо всяких лишних разговоров спросил у медиведьмы, обеспокоено глянув на гриффиндорца:

- Гарри очнулся?

- Нет, Драко.

Он развернулся к постели слизеринца. Юноша сидел на кровати, скрестив ноги по-турецки. Его мать устроилась рядом с ним, держа его за руку, а отец разъяренно метался перед постелью. Едва он услышал вопрос Дамблдора, как сразу же взорвался:

- О конечно, занимаемся только Избранным! Ничего такого страшного, что гадкий мелкий слизеринец не приходит в себя. Какая жалость для вас, Дамблдор! Мой сын очнулся, но не благодаря вашим заботам! Наверняка стоит подать на вас в суд за халатность!

- Вы странно толкуете мои действия и слова, мистер Малфой... Судьба вашего сына меня конечно же интересует, но если что-либо случится с Гарри, то пострадают все... И Драко тоже, ведь в конечном итоге он окажется в руках Фенрира Грейбека.

- Не обращайте внимания на наш гнев, директор, - дипломатично вмешалась Нарцисса. - Нам просто хотелось бы, чтобы наш сын очнулся полностью...

Дамблдор нахмурился и присмотрелся к очнувшемуся блондину. Вроде бы все нормально, вот только чересчур много возбуждения и восхищения у него в глазах.

Заметив, что на него все обратили внимание, юноша с энтузиазмом закричал:

- Здгастуйте, Дед Могоз!

- Ах... - ответил самый яркий из директоров Хогвартса, упав на ближайшее свободное место.

- Теперь вы понимаете, почему мы хотим, чтобы сознание Драко полностью проснулось... - вздохнула Нарцисса.

- Но мама, я же полностью пгоснулся! Смотги - мои глаза откгыты! Совсем-совсем откгыты! - настаивал блондин, указывая на свои глаза пальцем. - Но Гайи, почему он спит?

- Он очень устал. Ему нужно позволить поспать... - тихо ответила мать.

- Каков возраст его разума? - спросил директор, повернувшись к медиведьме.

- Три года... Возможно четыре... Это регрессия, вызванная психологическим шоком, на который наложилась травма от осознания произошедшего с его партнером несчастного случая, - сообщила Поппи.

- Понятно... Вот так проблема!

Пока никто не успел остановить, Драко вскочил и уселся на колени директора.