Читаем Primae Noctis (ЛП) полностью

Гермиона смотрит на его суровое, непреклонное лицо.

– И я не ненавижу Вас, – добавляет она запоздало.

Люциус горько улыбается.

– Это, по крайней мере, кое-что.

Они снова молчат, и Люциус расслабляется. Его большой палец потирает маленькие круги на пояснице Гермионы, и она издает лёгкий стон удовольствия. По собственной воле её пальцы поглаживают его грудь, успокаивая небольшой синяк, который она оставила ранее. Не думая, её рука скользит по его соску, и он резко вдыхает. Гермиона смотрит на него, не понимая, что вызвало его реакцию, и с удивлением замечает, как горят серо-голубые глаза Люциуса. На этот раз её движения обдуманны. Она проводит ногтём вокруг его затвердевшего соска.

– Мисс Грейнджер, – у него хриплый голос. Что случилось с Гермионой?

Другая её рука скользит вниз по его боку и останавливается на бедре. Это смелый шаг, но ей всё равно. Похоже, Люциус слеп ко всему, кроме самых откровенных авансов.

– Гермиона… мы не обязаны… ритуал завершён…

– Я знаю, – кажется, уже в сотый раз за этот день она отбрасывает осторожность и прижимается губами к его губам. Мужчина медленно отвечает, как будто ждёт, действительно ли она хочет поцеловать его. Только когда Гермиона перекатывает их и снова садится на него верхом, полностью прижимаясь к нему обнажённым телом, его рот открывается, и губы начинают двигаться.

В то время как мозг Люциуса, возможно, имел некоторое возражение относительно повторного выполнения ритуала, его пенис, кажется, не получил ту же самую команду. Орган быстро расширяется под девушкой, и бедра Люциуса поднимаются, добровольно или нет, чтобы прижаться к её животу.

Девушка никогда бы не подумала, что кто-то из них может возбудиться так быстро. Всё её тело покалывает. Её груди горячие и тяжёлые, и она трётся ими о грудь Люциуса, пытаясь хоть как-то облегчить боль. Наклонив бёдра, она проводит влажными складками, соприкасаясь с его эрекцией. Они стонут в унисон.

Если бы Гермиона задумалась над тем, что она делает, она, возможно, смутилась бы, но она уже слишком далеко зашла, чтобы действовать осознанно. Это большее, чем инстинкт. Она начинает двигаться и трется своими скользкими складками о твёрдый член Люциуса. Его руки легли на её бёдра, но он не делает попыток вмешаться, когда она двигается взад и вперед, чувствуя, как нарастает её возбуждение, когда ствол его члена трётся о её клитор. Девушка задыхается, пот стекает по её спине, и она не в состоянии предотвратить резкие задыхающиеся крики, которые исходят из её рта. Осознав, что её голова болит от усилия сдержать их, она широко открывает глаза и понимает, что Люциус смотрит на неё с благоговением на своем прекрасном лице.

Гермиона продолжает тереться об него, беспомощная перед лицом своей страсти. Она – рабыня восхитительного трения, которое сама создаёт. Её бёдра начинают дрожать от удовольствия. Пенис томно спускается с её живота, и она застывает, зарывается лицом в шею Люциуса, когда начинает кончать. Гермиона всхлипывает от удовольствия, всё её тело дрожит, когда она переживает схватки удовольствия. Люциус нежно гладит её по спине и плечам, и когда она, наконец, поднимает голову, он убирает с её лица мокрые от пота волосы.

– Это было, – он облизывает губы, – самое возбуждающее, что я когда-либо видел.

Она издаёт хриплый смешок.

– Для меня это тоже было возбуждающе.

Пенис слегка шевелится внизу.

– Можно? Было бы невежливо отказать ему после того, как Вы использовали его исключительно для собственного удовольствия.

– Конечно, – Гермиона протягивает руку между ними и снова ставит его у своего входа. Их глаза встречаются, когда она опускается на него. Она слегка вздрагивает, как от его размера, так и потому, что она теперь возбуждена от их предыдущих ласк. Положив руки на грудь мужчины, она садится и начинает двигаться, как может. Руки Люциуса возвращаются к её бёдрам, и он начинает осторожно толкаться в неё.

Не всё так просто. Гермионе больно и она слишком чувствительна от оргазма. Дважды толчки Люциуса ударили её в шейку матки, и она вскрикнула от боли и удивления. Один раз, она двигается слишком восторженно, и он выскальзывает полностью, в результате чего извиняющаяся возня возникает между их телами. Но, как и прежде, они находят свой ритм; их тела синхронизируются в совершенной гармонии. Девушка чувствует, как член становится невероятно твёрдым и большим внутри неё. Его толчки становятся нерегулярными и отчаянными, а пальцы царапают её бёдра, когда он цепляется за неё изо всех сил. Он рычит, когда кончает, и дрожит под ней, его бёдра всё ещё качаются вперед и назад, даже когда Гермиона падает ему на грудь.

Она совершенно измучена.

– Вы должны выйти замуж за Драко? – он всё ещё смягчается внутри неё, когда задает вопрос.

– Вы знаете, сколько потратили на мою свадьбу? – она утыкается лицом ему в шею и вдыхает его неповторимый аромат, теперь смешанный с потом и сексом.

– Да, и мне всё равно. Я бы потратил то же самое снова, чтобы предотвратить это.