Читаем Прикованная полностью

Новость действительно неожиданная, я пытаюсь представить, чем это может мне помочь. Девушка? Он собирается нас познакомить? Как? Где?

– Ты правда не против, мам? Ты не обижаешься? – Он держит мои руки в своих и заглядывает в глаза. – Я так боялся тебе сказать, но и скрывать не мог. Ты ведь моя мамочка.

Мне хочется стиснуть его пальцы до хруста и раздавить их.

– Ну, что ты, – слащаво улыбаюсь, – конечно, не обижаюсь, я за тебя очень рада, Володенька. Девушка – это же замечательно!

– Ох, ну слава богу, а то я так волновался! Ты у меня самая лучшая мама на свете! – Он торопливо прихлёбывает чай и становится похож на робкого телёнка с восторженными глазами. – Я думал, что не решусь, но на всякий случай взял её фото. Хочешь посмотреть?

– Конечно. – Я оживляюсь.

Он достаёт из заднего кармана принтерную распечатку.

С бумажного листка смотрит молодая девушка, лет двадцати – двадцати двух, миловидная. Озорные глаза тёплого чайного цвета и русые волосы, рассыпанные по плечам.

– Ох, какая красавица! – Я возвращаю фотографию. – У тебя могут быть только самые лучшие девушки, Володя!

– Ма-а-амочка. – Он берёт мою руку и прикладывает ладонь к своей щеке.

Цепь от наручника провисает над столом.

– Расскажи мне, как? Что? И… – Я хочу спросить: «Что дальше?», – но остерегаюсь.

– Даже сам не знаю, как так получилось. – Он мечтательно смотрит в небо. – Боюсь загадывать, но, может быть, это судьба?

Судьба? Мне стало тошно.

Чем эта девочка заслужила такую судьбу?

– Мамочка, я хочу вас познакомить! – выпаливает он.

– Ого! – Я закашливаюсь. – И как ты думаешь это устроить? Мы поедем…

Сердце предательски застрекотало: «А вдруг?»

Робкая надежда новорожденными крыльями заметалась между лопатками.

– Не говори глупостей! – Он досадливо морщится. – Никуда мы не поедем, я привезу её сюда, нечего тебе беспокоиться!

– Сюда? – грею руки о чайную чашку.

Господи, помоги этой несчастной девочке!

– Я уже всё придумал, – он заговорщицки подмигивает, – сейчас я тебе расскажу, доедай…

Доедая вожделенные котлетки из лосося, Елена размышляла, что заказать на сладкое – морковно-облепиховый десерт или карамельно-ореховый криспер. Кстати, что это – криспер?

И к десерту отлично подойдёт коньяк, вряд ли он будет такой выдержанный, какой ей обычно дарили благодарные пациенты.

«Кира, конечно, дурочка малолетняя, – Елене было немного стыдно, что она думала так про дочь, – знает ведь, куда уколоть!»

Она прикрыла глаза…

Полузабытые воспоминания мозаично рассыпались: новогодний вечер и Елена – почти двадцатидевятилетняя, красивая – с белокурыми волосами до плеч. Аспиранты, доценты, младшие научные сотрудники… Она накручивала серпантин на палец, пытаясь пристроить куда-нибудь бокал с шампанским, когда к ней подошёл мужчина, уже не молодой, лет сорока или чуть-чуть за. «У него ещё был друг, длинный, в очках и с мерзкой бородёнкой. – По необъяснимой причине Елене не нравились мужчины с растительностью на лице. – Что же всё-таки тогда было? Такие провалы в памяти не бывают просто так – может быть, меня опоили?»

Целые куски того вечера и ночи зияли белыми пятнами.