Читаем Приказ 66 полностью

Он сказал это так естественно, словно виделся с ней на прошлой неделе. Хотя он даже не знал, как выглядит она, повзрослевшая, пока не заполучил голограмму с ее документов. Он искал в ее лице черты Илиппи, но нашел куда больше собственных; у нее были каштановые волосы и выглядела Руу очень задиристой. Теперь он практиковался в том, чтобы не видеть в ней чужака. Никто из «Нулевых» не сказал по этому поводу ни слова, но он чувствовал что они напряжены и готовы вмешаться, если что–то пойдет не так.

Он вытащит ее из тюрьмы. А что делать дальше — будет ее выбором.

— Ладно, что у нас еще осталось? спросил Скирата.

— Новости медицины и финансов. — ответил Прудии. — Мидж'ика?

— Ненилин предоставил несколько интересных догадок, но без готовых решений, и я его рассчитал, напомнив, что если он будет разевать рот, то положение не спасет его от тяжести моего недовольства. — Гиламар не стал вдаваться в детали. Скирата мог догадаться и так. — Но есть прекрасные новости от эмбрионолога, который подтвердил что в образце нет искусcтвенных генов, лишь обработанные естественного происхождения. Айвховы поживы придерживались базового чертежа. Это сужает область поисков до того, что сразу заподозрил Мереель — что они просто сконцентрировались на быстром взрослении и полной экспрессии генов влияющих на привязанность и социализацию — чтобы сделать клонов верными и дисциплинированными, насколько это возможно.

— Урок, полученный на нашем примере, они выучили. — заметил Мереель. — Со взрослением, в той части, которая нас интересует, к сожалению, гораздо сложнее.

— Базы данных? — спросил Скирата.

Мереель многозначительно постучал по деке.

— Сейчас мы вскрыли большую часть данных по клонированию и генетике, в публичной и коммерческой области. Утан получит всё, что потребуется. Шаб, «Арканиан Микро» убила бы, чтобы заполучить то, что мы выжали.

Иногда — очень редко — Скирата на секунду смотрел на себя со стороны и видел то, что он делал, открыто и без прикрас. Вымогательство; шантаж; индустриальный шпионаж; воровство; мошенничество; похищение людей; насилие и даже старый, добрый государственный шпионаж. Он — они — потрудились на славу. Настоящий криминальный синдикат.

«Мой синдикат.»

Он никогда не видел в себе кого–то, подобного чакаару–хатту или любому другому бандиту. Образцом морали он себя тоже не считал. Но обычно он мог спокойно спать по ночам и быть довольным собой потому что те, кому он наступал на ноги, сами того заслуживали. Кроме как на войне, конечно, война была совсем другим делом. Кому–то, конечно, наносился побочный ущерб — семьи тех подонков, которых он отстреливал, могли и не быть такой же мразью, но они были невидимыми ему чужаками. Воровство — что ж, он отлично понимал, что в белых перчатках ничего не сделаешь. И он спал спокойно. То же самое или еще худшее делали с ним, и с теми кто был ему дорог.

Но сейчас его корежило. Внезапный удар по его совести нанесло осознание того, что он не так уж и отличается от Зея. Джедай выглядел достаточно неплохим мужиком. С Мэйзом он обращался вежливо. Но когда ему это было нужно — мораль не мешала ему посылать клонов на смерть, потому что он мог это оправдать. Побочный ущерб. У них обоих были свои обязанности.

«Почему я не Зей? Почему я не считаю себя таким же как джедаи? Потому что я не бубню про сострадание и уважение к жизни. Потому что я не использую рабов, гордясь при этом своими принципами. Потому что… это личное. Когда я убиваю, я принимаю это всерьез. Даже когда просто убиваю для того, чтобы не убили меня.»

Скирата поймал себя на том, что он приглядывается к Ордо; тот не мог оторвать глаз от Бесани, и это странное наблюдение словно подвело всему итог. Это был его сын, не одноразовый органический дроид, созданный чтобы исполнять приказы — остро чувствующий человек, мужчина который любил и был любим. И была эта, случайно попавшая к ним, гражданская, женщина, которая не просто обладала симпатичным личиком и острым умом — которая видела в Ордо просто человека и любила его.

Джедаям любить не позволялось.

Если тебе заказано любить кого–то, кого ты можешь увидеть и коснуться, сможешь ли ты достаточно научиться сочувствию, чтобы хорошо обойтись с чужаком? Джедаи никогда по–настоящему не учились любить что–то помимо идеи, и это было той пропастью, которую Скирата видел между собой и Зеем.

Он даже не пытался размышлять, стоит ли он на более высоком уровне морали, чем Зей и его собратья. Ему надо было лишь понять, не принесет ли он, продолжая свое дело, больше вреда чем пользы.

— Кэл'буир, с тобой все в порядке? — потеребил его Прудии. — Что случилось, Кэл'буир?

Скирата был вырван из размышлений так резко, что от прикосновения он вздрогнул.

— Извини сынок. — Он смущенно оглядел лица вокруг, выражавшие искреннюю заботу, и попытался свести все в шутку. — Попытался пропустить слишком много мыслей через одну мозговую клетку. Вы мальчики умные, вам не понять, как это сложно.

— Тебе надо поспать. — заметил А'ден. — Мы уж решили, что тебя хватил удар. Буир, мертвым ты нам не нужен.