Мамма сразу посерьезнела.

– В таком случае, ты глупец. Для этого и существуют молодые женщины. Этим занимался Токо с твоей женой, и Моран тоже. Весь город говорил об этом.

Кейд мгновенно вспотел.

– Ты знаешь это наверняка, Мамма?

Толстуха покачала головой.

– В постели я их не видела. Но я женщина и тоже когда-то была молодой. Это я запросто могу определить. У тебя не будет черных кругов под глазами от того, что ты жаришь рыбу, но что делаешь здесь ты? Мы с Сэлом надеялись, что к этому времени ты будешь очень далеко от нас.

У Кейда сразу все заболело. «Полный покой», так приказали ему медики.

– Я бросил якорь в реке, – объяснил он ей. – Сейчас направляюсь в Бараторий Бэй, и мне нужно горючее.

– Обожди, – спокойно сказала она. – Жди здесь, я пришлю Сэла.

Кейд наблюдал, как толстуха, переваливаясь как утка, пересекла кухню и исчезла за вращающейся дверью. Салваторы были полуграмотными, невежественными людьми, но для него они были «своими». В их дружбе не было расчетов и меркантилизма. Уж если ты к ним хорошо относишься, то и они платят тебе той же монетой. Шарканье чьих-то ног по траве привлекло внимание Кейда, и он быстро попятился в густую тень подальше от света, струящегося из открытой кухонной двери.

Смехотворно маленькая головка Сквида нелепо тряслась, когда он вглядывался в темноту, подкрадываясь вдоль боковой стенки старого ресторана. Кейда вновь замутило, когда он вытаскивал пистолет. Сквид уже сворачивал за угол, принюхиваясь вроде охотничьего пса, выслеживающего дичь... Кейд попытался углубиться в тень еще дальше, но сделал неловкое движение и ударился правой ногой о ящик с пустыми бутылками. Пытаясь не упасть, он сбил всю пирамиду, которая со звоном и грохотом обрушилась вниз.

Сквид змеей проскользнул на звук.

– Эй, кто это там скрывается?

Ладони Кейда стали мокрыми от пота. Ему ничего не стоило прикончить Сквида, но что потом? Еще неизвестно, удастся ли Токо приклеить ему убийство Лейвела, но в отношении Сквида никаких сомнений не будет. Хладнокровное убийство Сквида могло означать только одно... Сквид сделал еще один шаг вперед. Когда он опознал Кейда, в уголках его рта показалась слюна.

– Так ты вернулся? Токо догадлив... Иди посмотри, чего это так Мамма волнуется, сказал он мне, и вот ты здесь, – он протянул к Кейду свою огромную лапу. – Тебе несдобровать, Кейд, тебе не следовало этого делать. Не следовало убивать Джо. Токо сказал мне, что если я тебя найду, то могу позабавиться на всю катушку без ограничений и фантазии. – Глаза гиганта зловеще поблескивали при свете звезд. – Ударь... Ударь меня пистолетом, тогда я ударю тебя в ответ. – Корявые пальцы Сквида почти ласково дотронулись до его лица – настойчивые, молящие, требующие. – Ну, давай же! Ударь меня!

Кейд поднял было пистолет, но в это время Сэл открыл дверь кухни и подошел к тому месту, где стояли они со Сквидом. Пожилой португалец был такого же роста, что и Сквид, но потяжелее фунтов на пятьдесят. Он схватил Сквида за плечо и повернул к себе лицом с такой же легкостью, как он вращал стаканы под краном мойки в своем баре.

Если Сэл был возбужден, он не разделял слова, выпаливая их на одном дыхании:

– Проклятый-всюду-сующий-нос-мошенник! – бочкообразная грудь Сэла наступала на противника. – Твой-сукин-сын-Токо-и-ты! – он передохнул и продолжил уже спокойнее: – Токо заметил, что Мамма мне что-то шепнула. Он сразу догадался, что меня кто-то вызывает, и отправил разнюхать в чем дело, так?

У Сквида был такой вид, будто он вот-вот расплачется.

– Не лезь в это дело, Сэл.

– Никак ты собрался меня учить, подонок!

Сэл сжал пальцы в кулак и двинул его вперед, скорее толкнул, нежели ударил Сквида. Послышался глухой звук, когда его кулак пришел в соприкосновение с челюстью Сквида. Несколько секунд тот удерживался на ногах, после чего рухнул на землю.

Сэл извиняющемся тоном заметил:

– Старею... Было время, когда я сворачивал челюсть одним мизинцем.

Веселье в баре продолжалось. Кейд с наслаждением вдыхал запах апельсиновых деревьев, к которому примешивался запах чеснока и оливкового масла с кухни. Звезды вроде бы заблестели еще ярче. На дальнем берегу реки появились первые белые лучи луны над устричными отмелями. Он сунул пистолет в карман.

– Спасибо.

– Ерунда! – отмахнулся Сэл. Затем его гудящий бас снизился до шепота: – Мамма говорит, что тебе нужен бензин. У меня его сколько угодно. Бери сколько нужно и даром. – Он снял свой белый фартук, залитый пивом, и бросил его на пустые ящики. – Ты наш друг. Сейчас я пригоню свою лодку и скажу тебе, где она. – Потом он сунул Кейду бутылку апельсинового вина. – Но сперва разделайся с бутылочкой. Мамма утверждает, что тебе надо выпить.

Бутылка была ледяной. Кейду захотелось одновременно и прослезиться, и засмеяться. Ему казалось, что с его плеч свалилась непосильная тяжесть. Открыв бутылку, он с наслаждением сделал из нее приличный глоток.

– Это за тебя и за Мамму!

– Твое здоровье, – церемонно ответил Сэл.

Дитя воды