Читаем Приди и победи полностью

— То есть фигура Архистратига играла значимую роль в становлении крупнейших мировых религий?

— Более того, ему отведена серьезная роль и при конце света. В двенадцатой главе «Апокалипсиса» Иоанна Богослова рассказывается о новой битве между Михаилом и Люцифером. И снова победа должна остаться за Архистратигом.

Отец Илья, наморщил лоб, будто вспоминая, а потом продекламировал:

— «И произошла на небе война: Михаил и Ангелы его воевали против дракона, и дракон и ангелы его воевали, но не устояли, и не нашлось уже для них места на небе. И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый диаволом и сатаной, обольщающий всю вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним».

И на этом участие Михаила в перерождении мира не заканчивается. Не так давно в христианских апокрифах Архистратиг стал изображаться как ангел, созывающий людей своим трубным гласом на Страшный Суд. А некоторые источники даже описывают его как судью на этом процессе. Не зря в одном из гимнов поется: «Святой Архангел Михаил, защити нас в борьбе, не дай нам погибнуть на Страшном Суде».

Бестужеву надоело слушать об ангелах и их битвах. Он вспомнил свой многолетний спор, который он время от времени вел со своим школьным товарищем. Тот считал, что Русская Православная Церковь — зло, мешающее развиваться личности. Все попы — зажравшиеся бездельники, пользующиеся бедами людей. Ведь чаще всего человек приходит молиться, когда у него случилось несчастье. В свою очередь Бестужев принципиально отделял друг от друга два понятие: вера и церковь. А также считал, что не все священники — отъявленные негодяи. Но оба сходились в одном: библейская однополярность является веригами для русской души. Мы привыкли сомневаться во всем, и такое обеление и восхваление, например, Архангела Михаила, претило капитану.

— Отец Илья, я бы хотел помолиться в одиночестве, — неуклюже прервал Бестужев священника.

— Конечно-конечно, — кивнул тот, перекрестился и отошел что-то сказать «заботнице» Антонине.

Капитан медленно подошел к иконостасу. С детства он знал наизусть только одну молитву — «Отче наш». Но большего никогда и не требовалось, ведь он привык в храмах говорить с Богом обычным и понятным ему языком. Обычно он просил позаботиться о здоровье близких ему людей, не оставлять один на один с трудными решениями, придавать сил и уверенности перед важными шагами в жизни. В общем, все как у всех, наверное.

Вот и сегодня, поздравив Господа со светлым праздником Пасхи, он молил о помощи в предстоящем спасении Веры. Он честно признался Богу, что не представляет, что его ждет в «Доме с привидениями», и просил, чтобы ему хватило смелости пройти весь путь до конца.

Как и всегда, после мыслеобщения Бестужеву стало легче. Он почувствовал, что получил благословение. Или захотел так почувствовать. На самом деле это было неважно. Трижды перекрестившись, он собрался покинуть церковь. На пороге его окликнул отец Илья:

— Капитан! Мы оба знаем, что наступают смутные времена. И я не просто так рассказал вам об Архистратиге. В конце Книги пророка Даниила, в пророчестве о Страшном Суде, сказано: «И восстанет в то время Михаил, князь великий, стоящий за сынов народа твоего; и наступит время тяжкое, какого не бывало с тех пор, как существуют люди, до сего времени». Година страшная уже наступила, сын мой, Апокалипсис — на пороге. А следовательно и возрождение Главнокомандующего Воинством Небесным — не за горами.

— А вам не кажется, отец, что вмешательство столь сильных сущностей принесет много крови нашему миру?

— Нет, не кажется, сын мой. Я в этом уверен, — отец Илья перекрестил Бестужева и повернулся к нему спиной.

Священник услышал, как хлопнула входная дверь. Он подошел к иконостасу, поклонился лику Архангела Михаила, прочитал необходимые молитвы. Неожиданно икона святого ожила и образ сам перекрестил отца Илью. Странно, но тот не удивился происходящему и просто низко поклонился Архистратигу.

…Как и двадцать лет назад, перед экзаменами, Бестужеву стало легче на душе. Мысли разложились по полочкам, уверенности в собственных силах прибавилось. Он решил больше не таиться и спокойно преодолел путь от Студеной горы до середины улицы Большая Московская.

По пути его удивили две вещи. На площадке перед спуском к стадиону «Торпедо» около дюжины мальчишек играли в футбол. Их крики и подбадривания далеко разносились по пустым улицам. Шальная мысль проскочила: а не присоединиться ли к ним ненадолго? Но, присмотревшись, он увидел, что вместо мяча дети используют человеческую голову какого-то старика. Капитану стало жутко, и он поспешил убраться.

Чуть дальше, возле ЦУМа «Валентина», он увидел нескольких мародеров, вылезающих с вещами из покинутого здания. В процессе дележки, у них вышел конфликт, закончившийся убийством двух человек. Вот так запросто, посреди бела дня, не стесняясь свидетелей (Бестужев не считал нужным прятаться), были убиты люди. Мир окончательно сошел с ума, решил капитан. И пока у него самого рассудок еще был на месте, пора было заканчивать это светопреставление.