Читаем Приди и победи полностью

— Вот оно, вот оно, доказательство вины этого оборотня, — кричал он с трибуны, брызгая слюной. — Все это время он прятался среди нас. Более того — он возглавлял расследование, то есть искал сам себя. Представляете, какими идиотами мы ему казались? Он каждый день смеялся над нами, а мы ничего не замечали.

И так — добрых полчаса. Но досталось не только капитану. Проехавшись по нему, Хачериди принялся за Булдакова.

— А ваш полковник? Булдаков догадывался об измене Бестужева, но пальцем о палец не ударил, чтобы вмешаться в ситуацию. Это предательство не только вашего РОВД, но и всей владимирской полиции в целом. За это его еще ждет в будущем неминуемое наказание. Но сейчас мы не можем разбрасываться людьми. Поэтому, по законам военного времени, полковник разжалован мною в рядовые и направлен на спецзадание. Пусть в поле отрабатывает свои взыскания.

Олег и другие сотрудники пытались связаться с полковником, но телефон последнего был выключен и даже не отслеживался по сим-карте. Лейтенант чувствовал, что грек чего-то не договаривает, но вот что именно, сказать пока не мог. Он ни на секунду не верил в виновность Бестужева и очень сильно сомневался в причастности Булдакова. А вот к Хачериди у него было очень много вопросов. Но сейчас вписываться за шефов было явно не самой лучшей идеей. Тем более, что он видел: некоторые коллеги поддались ораторской магии грека.

Бестужева объявили в розыск — и сразу в федеральный. Но Олег понимал, что капитан никуда из города не денется, пока не очистит свое имя. Ну, конечно, если не виноват. Тьфу ты, даже мысли об этом надо гнать, — и Олег натурально сплюнул прямо на пол.

Инга, используя свои цифровые пути, пыталась вычислить местоположение Бестужева — но не для Хачериди, а чтобы узнать, не нужна ли капитану какая помощь. Она просматривала записи с уличных камер — с тех, что еще работали, анализировала последние звонки шефа — но пока что все было впустую.

Хачериди своей истерикой парализовал деятельность всего РОВД. Личный состав был брошен на поиски Бестужева. Соответственно, приостановилась вся работа по расследованию. Теперь у владимирской полиции по сути была только одна версия и одна цель — капитан Александр Бестужев.

А сам виновник переполоха за какой-то час добрался до «Старого Баку». Как мог, он избегал открытых участков и тех камер, о существовании которых знал сам. Перед тем, как попросить укрытия, он долго наблюдал за входом в кафе, прячась в кустах. Но за это время дверь ни разу не открывалась, никто не подходил к «Старому Баку» и никто не выходил наружу. Наконец, решившись, он подошел и постучал в окно. Никакой реакции. Через минуту Бестужев постучал еще — на этот раз громче и настойчивее. По ту сторону окна показалось заспанное лицо Мухамада. Узнав капитана, он вопросительно на него посмотрел: мол, чего нужно? Бестужев знаками объяснил: нужно войти. Азербайджанец застыл на мгновение, будто прислушиваясь к чему-то, а потом утвердительно кивнул.

Попав внутрь, Бестужев попросил Мухамада чего-нибудь поесть. От последних событий аппетит разыгрался не на шутку. Понимая, что скрывать правду от хозяина смысла нет, он вкратце рассказал ему о розыске и своем побеге. Мухамад внимательно выслушал капитана, кивая и не перебивая.

— После вашего ухода мы обсуждали с Верховным жрецом личность этого грека, Хачериди, — сказал Мухамад. — Есть подозрения, что это один из высокопоставленных демонов Сатаны. О нем упоминает Иоанн в тринадцатой главе своего «Откровения». В христианской религии он известен как Лжепророк. Согласно пророчеству, именно его льстивые речи и скрытые действия помогут взойти Антихристу на мировой престол. Он является членом дьявольской тройки, которая является антагонистом Святой Троицы. У верующих это Бог-Отец, Бог-Сын и Святой Дух. У сатанистов — Дьявол, Антихрист и Лжепророк.

— Но это же сказки, как и вся религия! — не выдержал Бестужев.

— Сказки? Нет, капитан, сказки кончились, для всего человечества наступает время суровой реальности. Вот только она кардинально отличается от той реальности, в которой вы все привыкли жить. Бог и Дьявол существуют. У разных народов в разные века они назывались по-разному. Но суть всегда оставалась одной и той же: извечная битва между Добром и Злом длилась веками и продолжается до сих пор. И главный приз в этой войне — человеческие души.

Мухамад сделал паузу, но, видя, что Бестужев не готов с ним спорить, продолжил:

— Мы, зороастрийцы, в числе прочих богов, чтим огонь. Он очищает взгляд и позволяет под другим углом смотреть на многие, даже привычные глазу, вещи. За прошедшие тысячелетия мы видели много битв, сражений и простых мелких стычек между святым и дьявольским воинствами. И я не всегда понимал, кто из них сражается на стороне Добра, а кто — Зла. Иногда мне кажется, что за века истории человечества стороны несколько раз меняли полюса. Поверь мне, Свет не всегда сражался на стороне Добра и за Добро. То же и Тьма. Кто сейчас имеет какую окраску, не скажу. Я давно отошел от дел, сейчас мой удел — плов и долма.