Читаем Прибежище полностью

Я уже знала, что все стажёры здесь, за исключением Терренса, были сиротами. Если не считать Майкла, я ничью историю больше не знала. Джордан была дерзкой и бесстрашной, и она отличалась от остальных, и мне было любопытно, была ли она такой же в своей прошлой жизни.

По её лицу проскользнула тень.

— Моя мать бросила меня, когда мне было четыре, и я начала рассказывать людям о маленьком человеке в своей голове. Полагаю, не помогло и то, что вдобавок к этому я избивала детей в два раза больше себя. Никто другой из её семьи не захотел взять меня, поэтому я оказалась в нашей прекрасной системе попечительства несовершеннолетних. Меня достаточно много передавали по кругу. Никто не хотел ребёнка, который слышал голоса в голове и который должен был посещать психотерапевта дважды в неделю из-за проблем со сдерживанием гнева.

Она откинула свои светлые волосы назад и её глаза преисполнились гордости.

— Но я всегда знала, что была иной не без причины. Когда мне было десять, я сбежала из последней дыры, в которую меня подкинули. Я прожила на улице три недели, прежде чем Полетта случайно натолкнулась на меня. Как только она заговорила со мной, я поняла, что она была такой же, как и я, и ей не пришлось дважды меня уговаривать пойти с ней. Она привезла меня в Волстром, который являлся их охраняемым посёлком в северной Калифорнии, и я жила там до тех пор, пока не приехала сюда два года назад. Ты знаешь, что я была самой старшей из сирот, которых когда-либо привлекали… до тебя?

— Николас упоминал об этом.

Холодность Джордан в отношении меня, проявленная вначале, теперь приобретала смысл. Её прошлая жизнь была довольно дрянной, и затем она приехала сюда, где почувствовала себя любимой и особенной, и, по словам Майкла, она была первая во всём, что делала. Затем появилась я и все стали говорить о сироте, которая продержалась в мире смертных семнадцать лет. Я украла её центр внимания, и даже если это было не по моему собственному желанию, она обиделась за это на меня. По крайней мере, похоже, теперь она преодолела это.

Её глаза широко распахнулись.

— Николас упоминал меня?

— Он сказал мне, что тебе было десять, когда они нашли тебя и все другие сироты были не старше семи.

Увидев выражение её лица, когда она услышала, что Николас говорил о ней, я пренебрегла фактом, что он не упомянул её имени, а лишь сказал, что сирота была девочкой. Улыбка, которая осветила её лицо, стоила крошечной недомолвки.

— Кстати, а как Николас нашёл тебя? — спросила она, со ртом, полным еды.

— Я была в клубе в Портленде со своими друзьями, — неопределённо ответила я. — Несколько дней спустя, он выследил меня и рассказал мне, кем я была. Я не слишком обрадовалась этому.

Она бросила на меня скептический взгляд.

— Почему?

— Знание, что внутри меня живет демон, совершенно выбило меня из колеи. Тебя это не волновало?

— Ты шутишь? Я обнаружила не только то, что не была безумна, как все говорили, а ещё и то, что была бессмертной и имела сверхспособности. Я была как «Проклятье, да, где мне надо расписаться?»

Я задумчиво жевала сэндвич. У нас с ней было такое разное прошлое. У меня был папа и затем Нейт, которые любили и заботились обо мне, не говоря уже о моих друзьях. Вырасти в патронажной семье и жить на улице в возрасте десяти лет; не удивительно, что она с распростёртыми объятиями приняла наследие Мохири. Я никогда не осознавала, насколько мне повезло в сравнении с такими людьми как она и Майкл, которым пришлось гораздо труднее меня.

Джордан положила свой недоеденный сэндвич на прикроватную тумбочку и встала.

— Думаю, мы с тобой будем отличными друзьями. И чтобы показать насколько я отпадная подруга, я собираюсь доказать тебе, что права насчёт твоего воина.

— Что ты имеешь в виду?

Она подошла к моему гардеробу.

— Ты прячешь себя под этими ужасными толстовками, но я видела тебя в той мокрой футболке и это позор всё время себя прикрывать.

— Я не прячу, и нет ничего плохого в том, как я выгляжу. И так уж вышло, что моя одежда мне нравится, она удобная и практичная.

— Скучная, — пропела она из глубин моего гардероба. — У тебя здесь нет ничего кроме потрёпанных джинсов и кроссовок.

— Эй, я люблю эти джинсы.

Она вышла из гардероба.

— Позволь мне предположить, у тебя дома в друзьях были только мужчины и ни одной подруги.

— И что?

— А то, что подруга позаботилась бы, чтобы у тебя было, как минимум, несколько приличных комплектов одежды, чтобы ты смогла одеваться время от времени как женщина. Слава Богу, теперь у тебя есть я.

— Я думала, я тебе понравилась потому, как не была слишком девчачьей.

Джордан провела вверх и вниз рукой по своему телу, которое было облачено в джинсы, стоимостью, вероятно, больше, чем три пары моих джинсов, и в красивый чёрный топ с кокетливым вырезом в греческом стиле.

— По-твоему я выгляжу по девчачьи? Нет, я выгляжу сексуально. Поверь мне, разница есть.

Я скрестила руки на груди.

— Это твой стиль, не мой. И если ему… любому парню я не нравлюсь такой, какая я есть, тогда он не стоит моего времени.

— Ха! Он тебе нравится.

— Нет, это был просто пример. Не переиначивай мои слова.