Читаем Президенты США полностью

После поражений 1863 г. шансы на победу у Конфедерации практически исчезли. Политики и военные эксперты как в США, так и в Европе рассуждали теперь главным образом о том, как долго сможет продержаться Конфедерация против явно превосходящих сил Союза. Авторитет президента Линкольна неизмеримо вырос. Он закрепил его, посетив 19 ноября 1863 г. Геттисберг и произнеся яркую речь при открытии солдатского кладбища в районе того самого поля боя, где четырьмя с половиной месяцами ранее проходило сражение. Выступление было кратким — чуть более двух минут, — однако вошло в историю как образец ораторского искусства (хотя некоторые авторы считают, что ничего особого, существенно отличавшегося от того, за что и как выступал Линкольн ранее, эта речь не содержала). По всей видимости, именно торжественно-траурный контекст, простота и краткость выступления обеспечили Геттисбергской речи такую славу. По-видимому, важен также был и контраст: Линкольн выступил после губернатора Массачусетса Эдварда Эверетта, произнесшего огромную речь (свыше двух часов), пышную и нудную, полную исторических параллелей и ученых обобщений. После выступления Линкольна последовала тишина. Никто не аплодировал. Все присутствующие долго стояли неподвижно и затем стали молча медленно расходиться.

Линкольн говорил: «Минуло 87 лет, как отцы наши основали на этом континенте новую нацию, своим рождением обязанную свободе и убежденную, что все люди рождены равными. Сейчас мы проходим великое испытание гражданской войной, которая решит, способна ли устоять эта нация или любая нация, подобная ей по рождению или по призванию. Мы сошлись на поле, где гремела великая битва этой войны. Мы пришли, чтобы освятить часть этой земли — последнее пристанище тех, кто отдал свои жизни ради жизни этой нации. И это само по себе вполне уместно и достойно. Но все же не в нашей власти освятить это поле, сделать священной, одухотворить эту землю… Давайте же мы, живые, посвятим себя тому неоконченному делу, которое вершили здесь эти воины. Давайте посвятим себя здесь великой работе, которая нам предстоит, и преисполнимся еще большей решимости отдать себя той цели, которой павшие здесь отдали себя всецело и до конца».

Отношение современников к этой речи не было вполне однозначным. Политические противники смешивали выступление, как, впрочем, и другие речи президента, с грязью. Связанная с Демократической партией газета «Чикагское время» (Chicago Times) писала: «Каждый американец должен ощущать жжение стыда за такие глупые, поверхностные и мутные высказывания, изрекаемые человеком, которого образованным иностранцам представляют как президента США». Но подавляющее большинство граждан США уже тогда отнеслось к словам президента с глубоким уважением. По сей день в США геттисбергское выступление называют самой знаменитой речью в Америке.

Тем временем военная обстановка складывалась в пользу северян. У них появлялись новые талантливые полководцы. Одним из таковых стал Уильям Шерман. Вначале он командовал отрядом добровольцев, затем обративший на него внимание Линкольн назначил его командующим армией, действовавшей на Восточном театре. На этом посту он заменил Гранта, ставшего главнокомандующим. В мае 1864 г. Шерман во главе 100-тысячной армии вторгся в Джорджию, проводя тактику «выжженной земли», не щадя пленных и используя восставших рабов, которые убивали всех подряд — виновных и невиновных. Гражданская война приобретала все более разрушительные очертания. 2 сентября был занят крупнейший город штата — Атланта. Сам Грант непосредственно руководил войсками, действовавшими в Вирджинии, где он осадил город Петерсберг, причем в боях впервые организованно участвовали «цветные отряды», то есть полурегулярные части негров.

К весне 1865 г. победа севера стала очевидной и общепризнанной. Отступавшие армии южан попытались закрепиться в районе Аппоматтокса, однако 9 апреля вынуждены были сдаться Гранту. Президент Конфедерации Дэвис и члены его правительства были арестованы. Конфедерация прекратила существование.

Нам, однако, необходимо вернуться немного назад, так как еще во время войны (хотя она и шла к победоносному завершению), в США прошли очередные президентские выборы. Авторитет Линкольна к этому времени был исключительно высок. Он, однако, был опытным политиком и отлично понимал, что демократически проведенные выборы в условиях войны могут привести к неожиданным результатам. Население устало, оппозиция сохранялась, и необходимо было вести активную предвыборную кампанию, чтобы сохранить власть.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
Русская печь
Русская печь

Печное искусство — особый вид народного творчества, имеющий богатые традиции и приемы. «Печь нам мать родная», — говорил русский народ испокон веков. Ведь с ее помощью не только топились деревенские избы и городские усадьбы — в печи готовили пищу, на ней лечились и спали, о ней слагали легенды и сказки.Книга расскажет о том, как устроена обычная или усовершенствованная русская печь и из каких основных частей она состоит, как самому изготовить материалы для кладки и сложить печь, как сушить ее и декорировать, заготовлять дрова и разводить огонь, готовить в ней пищу и печь хлеб, коптить рыбу и обжигать глиняные изделия.Если вы хотите своими руками сложить печь в загородном доме или на даче, подробное описание устройства и кладки подскажет, как это сделать правильно, а масса прекрасных иллюстраций поможет представить все воочию.

Геннадий Яковлевич Федотов , Владимир Арсентьевич Ситников , Геннадий Федотов

Биографии и Мемуары / Хобби и ремесла / Проза для детей / Дом и досуг / Документальное