Читаем Президент нищих полностью

Президент повернулся и смотрел в заднее стекло автомобиля. Собака от страха вжалась в землю, а со всех сторон к ней неслись десятки людей в форме. А люди на тротуарах замерли как по команде и теперь безучастно смотрели на происходящее, словно и не было у них дел по которым они спешили.

Один из охранников что-то цедил сквозь зубы в свой рукав. Когда президент повернулся, он услышал только:

– Протокол "Стальная ограда" нарушен. Прошу принять все необходимые меры.

Заметив, что его слушают, он понизил голос и прикрыл ладонью рот. Интересно, что с ней будет? Жива ли она? Вряд ли от нее исходила какая-то угроза… Для общего порядка угрозой скорее была охрана. Но он всегда всецело доверял им. Уж если они что-то решили, то так тому и быть. Им виднее.

Некоторое время машина стояла у входа в больницу. Президент устало смотрел в окно, пока служба охраны делала последние приготовления перед его выходом в люди. Мимо окон автомобиля то и дело пробегали крупные молодчики в черных костюмах, о чем-то сурово и деловито разговаривая со своим рукавом. Время тянулось очень медленно. Занудный протокол заставлял скучать. Кажется так было не всегда. Бывало, как только его автомобиль останавливался, так он сразу выходил, его тут же обступали граждане, у него интересовались состоянием дел в стране, желали здоровья и успехов, жали руки, улыбались – просто искренне и радостно улыбались. Он участвовал в мероприятиях, решал вопросы государственной важности. Куда все это делось? Чем он теперь занимается? Кажется все тоже самое и все же совсем не то. А теперь он бесконечно сидит в бронированном автомобиле, выходя из него лишь для того, чтоб быстро, за стеной из десятков охранников, добраться до спасительных сводов очередной государственной резиденции. То ли опасность увеличилась, то ли люди стали менее расторопными, но ожидание сначала стало нормой, а теперь и вовсе превратилось в тягостную пытку бездельем.

Открылась передняя дверь лимузина и следом за светом, метнувшимся в салон, сел его пресс-секретарь. Моложавый и подтянутый, он производил положительное впечатление на окружающих, но Президента всегда смущала его странная, неуместная бородка так не вязавшаяся с образом современного политика и публичной персоны, впрочем с работой своей он справлялся отлично, хоть иногда и нес околесицу.

– Добрый день, Господин Президент. Вы готовы?

– Как всегда. Долго еще?

– Уже почти готово. Скоро выходим. Еще раз хочу напомнить. Выходите. Говорите на камеру пару предложений, по тем тезисам которые мы обсуждали. Камера вот там – он повернулся и указал в направлении камеры – Что-то позитивное, воодушевляющее, перспективное. Можете вбросить немного, пусть пофантазируют. Дальше минута фотографируемся и входим в здание. Там нас уже с утра ждет главврач.

– У него нет других дел? – спросил Президент.

– Наверно есть. Но разве встреча не важнее? – пресс-секретарь нахмурился и внимательно посмотрел на старика.

– Вы кажется немного не в настроении. Можем все отменить. Я все подчищу. Скажу, что произошло внезапное изменение на международной арене или типа того.

– Нет, не стоит. Продолжим.

– На всякий случай напоминаю. Мы на открытии больницы. Не перепутайте.

– Новой больницы?

– Нет, старой. Немного освежили. Это что-то меняет?

– Нет, просто любопытно.

Снаружи засуетились заметно больше. Десятки черных костюмов обступили автомобиль.

– Кажется уже закончили – пресс-секретарь кивнул – Начинаем.

Крупная тень перекрыла и без того слабый дневной свет, что проникал через толстое бронированное стекло. Глава личной охраны и по совместительству личный телохранитель вплотную подошел к двери лимузина. Огромная ладонь поднялась и несколько раз ударила по стеклу костяшками пальцев, да так сильно, что казалось даже бронированное стекло содрогнулось от этого стука.

– Нам пора, Господин Президент – раздался приглушенный, с хрипотцой, голос.

Дверь автомобиля открылась и в салон ворвался запах города.

Отбросив тягостные мысли, он легко натянул на лицо маску излучающую уверенность, которую требовала от него должность. Проворно выбрался из автомобиля и через плотный коридор из черных костюмов, отделяющий его от собравшейся толпы, направился к широкому портику на входе в главное здание больницы. Там его уже ждала небольшая трибуна с микрофоном.