Они тихо пошли по коридору. Интерьер был довольно скромным. Никаких картин на стенах, никаких декоративных деталей в коридоре. Слева была ванная, а рядом бельевой шкаф. Справа от коридора располагались две спальни. Обе двери были открыты. В первой стояли кровать, тумбочка и часы. Шкаф был открыт, в нём лежали только несколько мятых футболок и брюки.

Возможно, удастся снять с них отпечатки пальцев, подумала Макензи.

Они вошли в другую спальню, и когда включили свет, сердце Макензи ёкнуло.

У дальней стены стояло несколько ящиков и коробок. Перед каждым лежала кукла или какие-то принадлежности для чаепития.

Макензи подошла к ящикам и открыла один из них. Она заглянула внутрь и увидела всевозможных кукол. Все они были грязные и поцарапанные, волосы спутаны. У некоторых отсутствовали глаза или конечности.

«Вот теперь мне по-настоящему жутко», - сказала она.

Эллингтон открыл следующую коробку и заглянул внутрь, Макензи тоже посмотрела через его плечо и увидела коллекцию чайников, чашек и маленьких декоративных закусок: крекеров, маленьких кексов, фруктов и пирожных. Большинство кастрюль, чашек и чайников были завернуты в пузырчатую пленку или целлофановые пакеты. Некоторые из них были разбиты.

«Как он умудряется жить здесь под чужим именем?» - спросила Макензи.

«Ставлю десять баксов, что он арендует этот дом, - ответил Эллингтон. - Это можно сделать и под вымышленным именем. Тем не менее я хотел бы поговорить с человеком, который владеет этой недвижимостью».

«Нужно, чтобы Райзинг взглянул на всё это».

Они проверили другие ящики и коробки, точнее, ещё два ящика и три коробки, и нашли множество игрушек. В одном из контейнеров лежали декоративная скатерть и одеяло для пикника.

Проверив содержимое каждого пакета, они направились осматривать оставшуюся часть дома. Эллингтон проверил ванную и кухню, а Макензи зашла в спальню. Кровать была не застелена, и она знала, что на ней можно найти волосы. Но учитывая то, что у них не было никаких образцов, с которым их можно было бы сравнить (например, волос, найденных на месте преступления), смысла в этом почти не было. Тем не менее она сделала мысленную пометку вернуться с набором для сбора улик, найти любые волоски или другой материал, такой как отшелушенная кожа или даже биологические жидкости.

Она встретила Эллингтона, когда он выходила из кухни. «Что-нибудь нашёл?» - спросила она.

«Ничего. Аптечка пуста, за исключением бутылки ибупрофена. Никаких рецептов с именем пациента. Почты тоже нет. Это наводит меня на мысль, что он не живёт здесь».

«Может быть, он иногда приводит сюда жертв».

«Зачем ему это?» - спросил Эллингтон.

Она подумала о коробках с куклами и приборами для чаепитий в спальне. «Чтобы поиграть», - сказала она.

Они быстро вышли из дома. Час был очень поздний, и они уже достаточно сильно вымотались. Макензи открыла багажник, чтобы положить туда вещественные доказательства, а Эллингтон достал телефон и набрал номер Райзинга, чтобы узнать, кому принадлежит дом.

Когда Макензи наклонилась к багажнику, что-то слева привлекло её внимание. Она машинально потянулась к «Глоку», но быстро поняла, что это не человек, а сооружение. Оно находилось на опушке леса и имело довольно небольшие размеры. Макензи снова достала фонарик и направила луч в ту сторону.

«Что там»? - спросил Эллингтон, его пальцы так и замерли, не набрав номер Райзинга.

«Просто конура», - сказала она.

Но это было не совсем так. Это была не просто конура.

Она медленно подошла к ней, уверенная, что опасности нет. Оказавшись прямо перед конурой, она опустилась на колени и посветила внутрь фонариком.

Кусок старой цепи, на которой, возможно, когда-то сидела собака, был свернут в идеальный круг. В центре стоял керамический чайник. Вокруг цепи сидели три куклы. Одна из них была повёрнута ко входу в будку, её мёртвые чёрные глаза смотрели прямо на Макензи.

Эллингтон подошёл к ней сзади и тоже пригнулся. «Господи, - сказал он. - Как ты думаешь, исходя из того, что мы тут нашли, можно предположить, что убийца - обычный псих?»

Это была заманчивая мысль, но для того, чтобы втянуть их в эту игру, нужно было всё тщательно продумать и спланировать. Поэтому если он и был психически нездоров, то у него также был огромный набор сильных качеств, которые компенсировали его болезнь.

«Пошли отсюда», - сказала Макензи.

Она встала и направилась к машине, не дожидаясь, пока Эллингтон последует за ней. И всё же, когда она снова села в машину, и Эллингтон тронулся с места, она не могла не оглянуться на собачью будку. Она больше не видела кукол, но чувствовала, как их безжизненные глаза смотрят ей вслед.

ГЛАВА 20

Макензи свались на кровать в 2:35, не имея чёткого представления о том, как пройдёт завтрашний день. Райзинг заверил их, что к тому времени, как они проснутся, уже будет известно, кому принадлежит эта жуткая конура, и, возможно, даже успеют поговорить с владельцем дома.