Читаем Претендентка номер девять полностью

Да у него буквально на лбу написано: похотливый козел. И все! Больше ничего на его лбу нет! Ни ума, ни элементарного разума, ни начитанности, ни разносторонних интересов.

Незаметно вздохнув который раз, я приложилась к бокалу, но лишь смочила губы вином. Остальные девушки тоже пить не торопились, видимо сделав выводы из вчерашнего вечера, хотя веселились наперебой, но при этом намного скромнее, чем вчера.

Единственное, что взгляды были чуть ли не умоляющими и откровенно просящими.

В глазах всех без исключения было лишь одно: «Выбери меня! Меня! Только я достойна стать твоей!»

Забавно. Или я начала лучше понимать стремления окружающих, или эти самые окружающие просто не привыкли скрывать свои эмоции. Хотя нет, нисколько не странно. Этим девчонкам от силы по восемнадцать, и наверняка они толком даже жизни не видели, не говоря уж о том, чтобы когтями и зубами выгрызать себе место под солнцем, как это делала я.

– Юлианна, ты снова грустишь! В чем дело? – Владыка окончательно распоясался, перейдя на «ты» и очередной раз прижав меня к себе. – Опять не пьешь и не ешь? А ну-ка…

– Нет-нет! Я пью! – Нервно рассмеявшись, я увернулась от протянутого бокала и подняла свой, тут же отпив в доказательство, и попыталась оправдаться: – И я не грущу, вы все неправильно поняли!

– Грустишь-грустишь, я вижу. – Многозначительно блеснув глазами, магараджи склонился к моему уху и жарко зашептал: – Ревнуешь, золотце? Думаешь, что заветная мечта уплывает из твоих прелестных ручек? Не надо. – Мужчина игриво прикусил мочку моего уха, и я дернулась от неожиданности, но далеко отпрянуть не смогла. Держали меня очень крепко. – Это лишь дань традиции, не более. И открою тебе большой секрет: я уже сделал свой выбор. Кстати, чудное платье, мне нравится. А уж его содержимое…

Мое сердце пропустило удар, а леденящая душу догадка цепкими когтями впилась в желудок, и тот закаменел от дурного предчувствия. Владыка же отстранился, прожег меня таким многообещающим взглядом, что я неосознанно сглотнула, и вновь протянул мне свой бокал с вином.

Отказываться не стала. Взяла и выпила в три огромных глотка. Шумно выдохнула, поняла, что выдержка мне отказывает, уступая истеричному дрожанию, сунула слегка озадачившемуся владыке бокал обратно и как ни в чем не бывало отвернулась к столу в поисках закуски.

Успокоиться. Необходимо срочно успокоиться!

И все бы ничего, кажется, моя нервная выходка не удивила окружающих, потому что девицы хихикали и шушукались, как и прежде, но вот магараджи громко хлопнул в ладоши, музыка оборвалась, и по помещению разнесся зычный голос демона:

– Девы, был рад увидеть вас вновь, но время уже позднее, и вам пора отправляться по своим покоям.

Ну слава богу!

Я отставила в сторону свой бокал, к которому приложилась вновь, почти опустошив, выдохнула и…

Мужская рука уверенно скользнула мне на талию, удерживая на месте, а рядом иронично поинтересовались:

– Куда-то торопишься, душа моя?

Резко повернув голову к демону, я уставилась на него со смешанными чувствами: удивлением, изумлением и одновременно некоторым страхом.

– Но вы…

– Отпустил остальных, – закончил за меня магараджи и недвусмысленно ухмыльнулся. – Но не тебя.

– Но…

Я растеряла все слова и поняла, что явно не готова к подобному повороту. Что за черт?! Мне обещали неделю! Эф-ф-фенди! Сволочь!

– Да-да? Ты ведь крайне признательна за оказанную честь? – Мужчина притянул меня ближе, и в эту секунду за последней выходящей девушкой, бросившей на меня злобный взгляд, закрылась дверь, а вторая рука магараджи бесцеремонно облапала мое бедро.

Музыканты тоже куда-то скрылись, причем абсолютно незаметно, и в огромном помещении мы остались одни.

– Вы не поверите! – эмоционально воскликнула я и попыталась смахнуть руку с бедра, но потерпела неудачу. Это разозлило, и я пошла в наступление, мысленно уповая на удачу и верное понимание местных традиций. – Владыка! Что вы себе позволяете?! Отпустите!

– О нет!

В голосе демона послышался не обычный шутливый протест, а самое настоящее злобное рычание.

Взгляд глаза в глаза и… Я вижу, что в них нет былой адекватности, а застыло лишь ничем не прикрытое вожделение и прямой запрет на возможный отказ.

Черт…

Неужели изнасилует?

Не согласна!

Вторая попытка встать, рывок. Мой сдавленный писк, когда мужчина роняет меня на себя и лапает уже откровенно бесстыдно… Его радостный хохот, мой коронный удар в пах, его приглушенное ругательство… Мое тактическое отступление на карачках назад, вновь его ругательство…

Взгляд глаза в глаза, но на этот раз я смотрю уже в затянутые кровавой пеленой ярости. Секундный ступор и осознание, что я преступила черту, за которой нет места галантности и цивилизованности.

Магараджи не привык к отказу.

Магараджи собирается меня наказать.

– Нет… – прошептала я, кое-как сумела встать и продолжила отступление уже стоя, лихорадочно осматриваясь и понимая, что позади не двери, а окно. – Не надо…

Демон криво усмехнулся, с напускной медлительностью поднялся, повел плечами и в одну секунду сменил ипостась, став не просто мощным крылатым амбалом, а жутким монстром.