Читаем Претендентка номер девять полностью

Вздохнув, демон медленно сел, осмотрелся, нашел взглядом поверженного соперника и зло усмехнулся. Даже к гадалке не ходи, этот наглец шел именно к Ульяне. Нет уж!

Посидев еще немного и более или менее оклемавшись от очередной магической встряски, Камаледдин мысленно прикинул, где бы сейчас могла находиться сама Ульяна, а затем и вовсе подключил свой уникальный нюх. Ага. В каюте Варго. Умная девочка, спряталась.

Хмыкнув, демон неторопливо поднялся и тяжелым шагом направился к Балавару. Зря ты, парень, решился на этот шаг. Зря.

Оттащив первого помощника капитана вниз (при этом не слишком заботясь об аккуратности перемещения по ступеням) и закинув в каюту, чтобы проконтролировать его до утра, эфенди со стоном рухнул на свою кровать.

Все-таки рука у юной «не махеши» была тяжелой.

Сон не шел, демона одолевали мысли различной степени тяжести и умности. Больше всего хотелось вновь подняться наверх, вытряхнуть Ульяну из мягкой постели и потребовать объясниться, но одновременно с этим Камаледдин прекрасно осознавал, что сие невозможно. Это лишь еще больше ее разозлит.

Нет, тут необходимо действовать иначе.

Женщины всех рас и миров любят, когда окружающие признают свою неправоту и извиняются. Даже если это не так.

Что ж, он извинится. Да, обязательно.

Затем попытается разобраться, понять, сблизиться и…

И все будет прекрасно!

Ухмыльнувшись, тут же поморщился, когда щеку неприятно дернуло. Странно. Вроде обычный ожог, а такой болезненный. Магический, это понятно. Но и он не мальчик с улицы.

С трудом уснув под утро, эфенди проснулся сразу же, как только по коридору невероятно тихо прошла Ульяна. Пару раз замерла, постояла, а затем вошла к себе.

Старчески покряхтывая, Камаледдин поднялся, оделся и, стараясь не морщиться (щека все еще дико болела), дошел до раскуроченной двери махеши мага. Девушка выглядела подавленной и потерянной, так что дальнейшая беседа и ее повороты стали для Камаледдина не просто неожиданными, а вообще непредсказуемыми.

А уж когда она на весь коридор завопила о «дырке в попе», демона знатно тряхнуло не просто от возмущения, а от настоящей злости на недостойное поведение своей женщины. Да что она себе позволяет? Совсем разум потеряла?

Напряженным взглядом отслеживая, как растерявшаяся Уля выполняет его требование приблизиться, Камаледдин не удержался и на последнем шаге дернул девушку на себя. Скорее! Толкнул к кровати, запер дверь, параллельно запирая ее и магией, развернулся и в сердцах велел:

– Раздевайся!

Округлившиеся зеленые глаза и шокированно приоткрытый ротик были бы забавны, если бы не дикое напряжение, охватившее все его тело. Что за безумие? Когда она рядом, он теряет контроль!

Натужное девичье сопение уступило место решимости, промелькнувшей в глазах Ули, и та, сменив положение на кровати, самым бессовестным образом оттопырила попу в его направлении, немного повозилась, а затем резко дернула брюки вниз, оголяя самый прелестный вид из всех.

Камаледдин смог лишь обескураженно сглотнуть, не в силах отвести взгляд от бархатных даже на вид полушарий, а это непостижимое создание уже заявляло:

– Я готова, начинай.

Кашлянув, чтобы прочистить горло, демон тихо уточнил:

– К чему ты готова?

– Ну как же… – Уля вывернула шею, чтобы посмотреть на него. – Готова принять твою помощь. Ты ведь за этим попросил меня раздеться?

Все бы ничего, если бы на девичьих губах не играла чересчур язвительная усмешка. Значит, готова?

Хорошо!

Он тоже «готов»!

Когда моей поясницы коснулась горячая ладонь Камаледдина, заодно накрывшая чуть ли не всю оголенную часть попы, я не смогла удержаться и вздрогнула. Ну да, двусмысленно. Очень.

Но разве не я сама этого хотела?

Радуясь, что демон не видит мое лицо, я неосознанно сжимала одеяло, когда эфенди проводил пальцами то вдоль, то поперек пресловутого «основания хвоста». И уж не знаю, было ли это по плану или демон все-таки превышал данные мной полномочия, но периодически его рука весьма провокационно сжимала и мяла верхнюю часть попы.

И кто бы сомневался, но мой организм все настойчивее намекал, что неплохо бы перейти к более активным ласкам.

Какая же я все-таки слабая женщина…

Прикрыв глаза, невесело усмехнулась. Я ведь пожалею. Наверняка пожалею.

Но как отказаться, когда ощущения настолько невероятны? Много ли у меня было мужчин, от практически невинных прикосновений которых я настолько распалялась?

Ни одного.

У меня их вообще было-то… мало. Если вспомнить многочисленные сплетни коллег, то среди них я была самой зажатой. Чуть ли не монашкой.

В большинстве случаев я считала кардинально иначе, для себя решив, что сдержанность намного вернее блуда, но сейчас…

Гори оно все синим пламенем!

– Мм… – Простонав, когда горячая пятерня вновь сжала мое бедро, немного прогнулась в талии, оттопыривая попу, и хрипло, но вместе с этим игриво поинтересовалась: – А это обязательно?

– Что именно? – напряженно уточнил мужчина, которого я не видела, но очень даже чувствовала.