Читаем Преподаватель симметрии полностью

Варфоломей с Мэгги говорить не стал, оставил на всякий случай телефон Форцепса и, успокоенный (быстро доходят только дурные вести, а герцогиня все еще в пути...), проследовал из телефонной в буфетную, где Форцепс мудрил в королевском кувшине невероятный рецепт - "резекция дня".

Наутро ударил морозец и присыпал снежок - классическая рождественская погодка. Пожалованный адмиральским званием Форцепс выкатил короля Варфоломея в богатой коляске новейшей конструкции, драгоценно посверкивающей спицами и прочими никелированными частями многообразного и не до конца еще известного назначения. Король обнимал хирургический саквояж Форцепса, в котором звякали тяжелые инструменты, как-то не металлически, а стеклянно, и вчерашнюю елочку. Тщательно выбритый, с орденом Почетного Легиона в петлице, на запятках следовал адмирал Форцепс. Взволнованные подданные детского возраста бежали следом, улюлюкая и рассыпая конфетти. Полицейский на углу отдал честь.

И так, с саквояжем и елочкой, как со скипетром и державой, с грумом в адмиральском звании на запятках, вкатил король Варфоломей в узкий двор собственной резиденции. Оставив выезд у лифта, поддерживая друг друга и опираясь то на елку, то на саквояж, поднялись они наверх. Но ключ не лез в скважину. Был он от совсем другого замка: этот был от французского, а тот был, разумеется, от английского. Возможно, ключ был даже от другой двери, возможно, от Варфоломеева кабинета. И других ключей не было - Форцепе ключей с собой не носил, у Форцепса для этого был свой ключник. На звонок не отзывался совершенно никто. И на стук тоже.

Волна беспокойства, охватившая короля, имела вкус вчерашнего "раствора". Он спустился вниз позвонить по телефону, никто не брал трубку, и тогда он обнаружил, что коляски у лифта уже не было. В отчаянии поднялся Варфоломей обратно- на площадке не было ни Форцепса, ни прислоненной к двери елочки. Варфоломей жалобно поскребся в дверь и услышал из-за нее только покашливание Василия Темного. Тогда король заколотил и заорал изо всей силы: "Эй, есть здесь кто-нибудь?!" И с облегчением услышал, хоть и приглушенный расстоянием, но достаточно пронзительный крик королевы-матери, не то "Варфутоночек!", не то "Где ты шляешься!" "Почему, мать, ты не берешь трубку?" - кричал, припадая к двери, Варфоломей. "Почему ты не звонил?" кричала в ответ мать. "Я ключи в доме забыл!"-орал Варфоломей. "Не знаю, куда ушел твой сын",- отвечала мать. "А где твоя Мэгги?" "Мадлен сегодня не придет, к ней приехали внуки!" "Телеграммы не было?" "Узел какой-то принесли!" "С чем? какой узел?" "Я сейчас поищу твои ключи... ключи твои найду, говорю!" "Только, бога ради, не ползай опять по квартире!!"-вопил Варфоломей. "Твой азиат принес!.." "Что этот подлец унес??" "Что случилось? - кричала мать.-Что он поранил?!" "Бога ради, не трогайся с постели!" "Он живой??" "Как ты мне их подашь? я же с другой стороны!"

"А я тебя всюду ищу!-ворчал Форцепс, отрывая его от двери.- Не вопи так громко! ничего не случилось, я машину пригнал". В окно лестничной площадки Варфоломей увидел на глазах растущую стрелу автокрана, в люльке болтался рабочий, целясь на Варфоломеев балкон. "Ты не видел внизу коляску?" - на всякий случай спросил Варфоломей. "Нету. Сперли. Да ты не горюй, я тебе пригоню другую. А где моя елочка?" "И елочки нету..." - согласился Варфоломей. "Ну, ты и шляпа, ваше величество,- расхохотался Форцепс, расстегнул свой саквояж и отхлебнул из него.- Я вот его никогда из рук не выпускаю!" С этими словами он расстелил у двери стерильную хирургическую салфетку и извлек пинцет, ланцет, ручную хирургическую пилу и щипцы, завитые невероятным винтом. Разложив все это, он достал из кармана кошелек, порылся и в нем, достав наконец то, что нужно. Он слегка обстукал замок вокруг, приникая ухом, как к спине больного, вставил монетку в прорезь и, легкими движениями ланцета удалив из замка что-то ненужное, как опухоль, повернул монетку - замок умиротворенно щелкнул, и дверь распахнулась. По коридору гулял морозный сквозняк, навстречу им шел ликующий человек в строительной каске. Будто две бригады проходчиков, которые долбили туннель с двух концов и наконец сошлись,- так они встретились посреди квартиры, обоюдно довольные своей точностью, как люди годами делающие одно дело, но ни разу друг друга не видевшие. "Все в порядке,-докладывал бригадир Форцепсу.- Пришлось выставить раму. Сейчас я вам открою дверь". "Открывайте",- согласился Форцепс.

И бригадир послушно направился к двери с выражением медленно проворачивающегося недоумения на лице, чтобы с таким именно лицом отворить ее перед герцогиней с Варфушенькой-младше-младшего на руках.