Читаем Прелесть полностью

Мой друг много рассказывал мне об этом храме. Мы не раз беседовали о нем. В моем сознании, в памяти навсегда отпечатался тот путь, который мой друг прошел дважды, когда похищал кости Келл-Рэбина. Все хорошенько взвесив, я составил план — почти такой же, который разработал и успешно реализовал Кен. Второй раз в истории планеты чужак собирался вторгнуться в святая святых, причем той же дорогой, что и в первый.

Гора Афелум была окутана темнотой. Два часа назад солнце соскользнуло за горизонт, и оставался еще час до того, как засияет Деймос, самая большая луна Марса.

Я дрожал на холодном ветру, который, завывая, несся из пустыни и развевал полы моего черного плаща. В кобурах на моем поясе прятались два электропистолета, к запястью простым кожаным ремнем была прикреплена дубинка с утяжеленным концом, опасное и бесшумное оружие. В кармане пиджака я на всякий случай припрятал маленький фонарик и пакет концентрированной прессованной пищи, ибо не знал, сколько времени придется таиться в огромном темном храме, массивные стены которого грозно возвышались передо мной. Я не знал, сколько потребуется времени, чтоб найти моего пропавшего друга или убедиться, что его здесь нет.

Было как раз время службы, и я ждал. Я вовсе не хотел вламываться в здание, забитое молящимися паломниками. Я предпочел подождать и убедиться, что в храме находятся только священнослужители. Более всего мне подходил глухой полночный час, сразу после того, как сменится стража. Раньше никак нельзя, во время смены караула убитый охранник будет обнаружен, и тогда марсиане тут же начнут прочесывать храм, а меня такой поворот событий совершенно не устраивал. А в то, что мне удастся просочиться внутрь, не убрав одного или нескольких охранников, я не верил. Это было невозможно.

Словно огромной сверкающей драгоценностью, погруженной в черный водоем ночи, я любовался далекими огнями Дантана. Косясь на них, я вдруг захихикал с жестоким весельем, потому что попытался представить, какой переполох поднялся бы там, если бы народы Марса и Земли узнали о похитителе священных костей и кощунстве в храме. Факт воровства до сих пор держится в секрете. Марсианское правительство и клан священнослужителей не любят гласности в вопросах такого рода.

Когда-нибудь, возможно в качестве финального аккорда своей мести, я распространю сведения о случившемся по всей Солнечной системе. Я сумею донести информацию до всех обитаемых миров, от маленьких горнодобывающих поселений на Меркурии до последних торговых аванпостов на ледяных просторах Плутона. Марсиане и их религия станут посмешищем всей Вселенной. Возможно, тогда, но уже слишком поздно, высшие официальные власти и священнослужители пожалеют, что не обошлись с нами более снисходительно. Мне было приятно думать об этом, пока я сидел на корточках в темноте перед храмом, ожидая, когда же настанет нужное время. Может, я тоже слегка свихнулся. Может, и не слегка.

Звенящий голос рассек темноту, и огонь на мгновение вспыхнул в нише стены. Другой голос ответил. Зазвенели церемониальные мечи, которые священники вешали на пояс перед тем, как заступить на пост, — исключительно в качестве символа исполняемых обязанностей.

Стража сменялась. Вдали на храмовой стене раздался еще один зов, на который последовал положенный отклик, вновь сопровождаемый звоном стали. Все это было древней церемонией, очень старой традицией. Размещение постов, процедура смены стражей, как и обязательное ношение мечей, сохранились с давних времен.

Этой ночью, впрочем, в страже возникнет настоящая нужда, подумал я жестоко.

Я осторожно двинулся вперед, чтобы добраться до плотной тени, падающей от стены, левой рукой нащупал грубые камни и тихо пошел, скользя пальцами по неровной кладке. Несколько раз я останавливался и вглядывался, вслушивался изо всех сил, напрягая органы чувств. О моем присутствии, я был убежден, никто не подозревал, но я не хотел рисковать. Любой марсианский храм, а в особенности храм Салдабар, — опасное место для человека с Земли.

Мои чуткие пальцы, которыми я вел по шершавой каменной стене, наткнулись на щель, и я понял, что достиг задних ворот, выбранных мной для того, чтоб попасть в храм.

Задерживая дыхание из опасения, что стражники могут что-нибудь услышать, я со всеми предосторожностями заглянул за угол ниши, в которой были расположены ворота. Прямой, застывший, словно истукан, в той позе, которая предписывалась древними канонами марсианской храмовой страже, священник-воин стоял точно перед воротами. Кончик массивного меча был уперт в камень у его ног, обе руки сжимали рукоять.

Я собрался, крепко ухватился пальцами за край стены, чтобы сильнее оттолкнуться, поудобнее устроил в ладони свинцово-тяжелую дубинку и прыгнул.