Читаем Прекрасные Останки полностью

Смех Адриана оборвался, и он посмотрел на наши руки, как будто только что понял, что все еще держит мои. Наши глаза встретились, но его слова, сказанные ранее, все еще звучали в моей голове. «Я хочу тебя с тех пор, как ты в первый раз дотронулась до меня. Только темная магия может быть настолько мощной, а когда я дотрагиваюсь до тебя, это в тысячу раз хуже…»

Я стала сжимать сильнее, но он отстранился, привычная жесткость вернулась и стала непроницаемой маской. Его взгляд вспыхнул, а руки сжались в кулаки, когда он резко выдохнул. Выражение его лица было подобно статуе, но в его кипящих сапфировых глазах я уловила проблеск необузданности, которую он сдерживал, и это заставило меня задрожать.

Если Адриан когда-нибудь освободит ту часть себя, которая хотела меня, смогу ли я выдержать это? Или я полюблю каждую истощающую секунду? Только беспокойство за сестру удерживало меня от того, чтобы испытать нас, кинувшись в его объятия и заставить его почувствовать то, что, как он сам себя убедил, не может случиться.

Все его тело напряглось, как будто на первобытном уровне он ощутил безрассудную страсть, которая росла во мне. Возможно, он действительно почувствовал. Может, нечто большее, чем наша связь заставляет пульсировать места, которых он никогда не касался, но все же требуют почувствовать прикосновение его рук, его рта.

Адриан резко развернулся. Плащ не скрывал, как напряглось его тело, как будто он внезапно истощился от электрического удара, о котором упоминал ранее.

— Пойдем, — сказал он хрипло. — Есть места, где нам надо быть, и слуги, которых надо уничтожить.

Мои руки дрожали, пока я натягивала толстую зимнюю куртку и перчатки. На мне уже были надеты теплые штаны и ботинки.

— Сначала скажи, почему я не могу пройти сквозь врата самостоятельно, — спросила я, останавливаясь, чтобы прийти в себя.

Он повернулся, показывая улыбку, словно не ограненный кристалл: красивый, но с шероховатостями по краям.

— По тем же причинам, что и раньше — родословная. Тебе нужно быть слугой, демоном или носителем иудейской крови, чтобы пройти через ворота, ведущие к темным мирам. У тебя ничего такого нет, так что, когда я обхватываю тебя, то, по сути, покрываю тебя своей кровью.

Объяснение более чем подробное. Неудивительно, что демоны не удосужились поставить охранников у каждых ворот. Даже если бы пленники смогли сориентироваться в кромешной темноте и найти портал, они все равно не смогли бы пройти через него, чтобы попасть обратно в свой мир. Однажды попав в область, они остаются безнадежно запертыми там.

Я сжала челюсти. Но не Жасмин. Как только найду оружие, я отправлюсь за ней, и с помощью Адриана она снова увидит солнце.

— Я готова, — сказала я с небольшой хрипотцой.

Он не смотрел на меня, когда притянул к себе и бросился в портал, который я не способна была видеть, не говоря уже о том, чтобы проникнуть. Когда мы закончили проваливаться сквозь невидимую мембрану, соединяющую наши области, он отпустил меня. Я моргнула. Мои глаза постепенно приспосабливались к темноте, которая, казалось, просачивалась в мою душу, гоня прочь все желания. Если оружие окажется здесь, то это ужасное заключение Жасмин подойдет к концу. Все, что мне нужно было сделать — быть сильной, сосредоточиться и найти его.

Городской свет отражался от ледяной земли, добавляя жути. Но это слабое свечение было тем единственным, что позволяло мне не быть совсем слепой. Тем не менее, темно было так, что я не могла видеть Адриана. Только его очертания рядом со мной. Высокие силуэты вокруг нас, должно быть, были деревьями, застывшими от холода. Я могла видеть только их широкие очертания, а их ветви, если таковые имелись, уже были недоступны для зрения из-за тьмы, царившей вокруг, словно злой дух.

Адриан наклонился и, когда заговорил возле моего уха, его теплое дыхание резко контрастировало с замерзшими окрестностями.

— Если кто-то остановит нас, позволь мне говорить.

Так как я не могла говорить на демоническом, наши планы в этом совпадали. Я собиралась сказать ему об этом, но вдруг он внезапно замер, как будто превратился в камень.

— Айви, не двигайся, — прошептал он низким голосом.

Я попыталась стоять неподвижно, но не могла помешать метаться своим глазам, или подниматься груди, в которой бешено билось сердце, или моим легким, которые требовали больше кислорода. Если то, что находилось здесь, было очень опасным, почему Адриан все еще изображал статую, вместо того чтобы потянуться за оружием?

Ответом мне послужило шипящие рычание, которое заставило каждый волосок на моем теле встать дыбом. Звук напоминал одичавшего волка, который только что нашел кусок мяса. Где-то слева от меня, словно отвечая ему, послышался вой, сотрясающий темноту.

— Адриан, — прошептала я. Ужас пронесся сквозь меня.

Быстро, как молния, он оказался позади, а его руки, словно две полоски, обвились вокруг меня.