Читаем Предки ариев полностью

Жители уже исторической Скандинавии рассказали множество историй про чудовищ типа одноногих людей, волосатых великанов с наклонностями к людоедству, гигантских троллей, троллей менее зловещих разновидностей, про пульпа, Снежную королеву, Короля Мрака и других невеселых созданий. Историй такого рода ходило невероятное количество в Средневековье, продолжало ходить в Новое время и продолжает ходить до сих пор.

Судя по всему, мифы о «других» в культуре северных народов живут как-то иначе, чем на юге. В Средневековье рассказы о встречах с «другими» — с разумными созданиями нечеловеческой породы, с нечистой силой — ходили по всей Европе, включая теплые страны Средиземноморья. В Италии и на юге Франции рассказывали на редкость неприятные истории про оживающие статуи (литературную версию такой истории приводит П. Мериме[110] и уверяю вас, он опирался на народные рассказы). Карликов, чертей и ведьм, привидения и вампиров видели постоянно и по всей Европе.

Но наступило прозаически скучное Новое время, а особенно тоскливый XIX век — век науки, техники и железных дорог. И массового образования. Из народной культуры стремительно стали исчезать фольклорные персонажи, сохраняясь только в самых низовых слоях национальных культур.

А вот на Севере, особенно в Скандинавии и Шотландии, почти не произошло исчезновения этих созданий из самого актуального, повседневного пласта культуры. По страницам далеко не фантастических повестей и романов Сигрид Унсет и Сельмы Лагерлеф постоянно расхаживают то лесные девы, то великаны, то еще кто-то не очень симпатичный. Просто поразительно, с каким удовольствием рассказывают финны всевозможные жутики про водяных, русалок, привидения и встающих покойников! Причем рассказывают вовсе не глупые, не малокультурные люди, а самые что ни на есть образованные и просвещенные. И рассказывают чаще всего в жанре былички, то есть как о подлинных происшествиях.

Этому есть полнейший аналог в России — тот пласт не всегда ушедшего в прошлое фольклора, который жил и сегодня живет на русском Севере. Фольклора скорее преображенного, чем измененного современной цивилизацией. Уже в XX веке для русского северянина леший или водяной были не просто мифологическими персонажами, а совершенно реальными существами — такими же, как сосны или медведи. И современный автор описывает встречи с ними живых свидетелей, с которыми беседовал лично с сам.[111] Любопытно, но ведь таких историй и правда совершенно нет на Юге России, — скажем, на Кубани.

Может быть, действительно в Скандинавии и на русском Севере нечисти больше, и она активнее и зловреднее, чем на юге; а может быть, дело все же в особенностях культуры северян. Не буду спорить, предложу свое объяснение — просто на правах гипотезы, не больше.

А что, если даже коренные жители Севера ощущают: Север — это экстремальное для человека место обитания?

Мало того, что Севера боятся и о Севере рассказывают страшилки жители более благодатных земель, те, для кого Север — малознакомая земля за их родными пределами.

Жители Севера тоже побаиваются своего местообитания и психологически готовы делить его с существами не своей породы. Видимо, и северяне, независимо от числа прожитых на Севере поколений, чувствуют: их земля экстремальна для обитания человека. И человек на ней — не единственный возможный хозяин.

Повторюсь: Север — это сам по себе источник стрессов.

Прелесть поедания сахаров

Создавая стресс и заставляя приспосабливаться к себе, Север одновременно дает то, что необходимо при стрессах. Мороженая ягодка — прекрасный источник сахаров. Дерево почти никогда не сохраняется, и мы не находим деревянных и кожаных изделий при раскопках. Следует ли из этого, что деревянных вещей вообще не было? Конечно, нет.

А собрать и запасти источник сахаров очень просто: собрать мороженую, тронутую первыми морозами ягоду в деревянный сосуд. В выдолбленный из бревна сосуд или в сплетенный из коры туесок. Собрать, хранить на холоде и поедать ее всю зиму.

Другой источник — мед диких пчел. Я специально пишу о диких пчелах, а то ведь уважаемые коллеги мне голову оторвут, если предположить — могли быть и прирученные пчелы… При том, что создание пасеки ничуть не более сложно, чем сооружение жилища из костей мамонта или изготовление наконечника копья из кости и каменных пластин.

В любом случае в Европе очень быстро появляются пресловутые люди «рубенсовского типа». Толстенькие люди со складкой на животе, и притом очень активные и умные. Без постоянного поедания сахаросодержащих продуктов им бы такими не стать.

Сахара ведут к образованию лепидов. Лепиды — это и есть жировые клетки. Запасы лепидов тратятся на физическую и умственную активность. Если есть такой запас — человек активнее, в том числе и умственно активнее. Поработал, в том числе поработал головой — и «употребил» еще мороженой ягодки из туеска. Жизнерадостно облизнулся — и еще поработал и подумал.