— Мы ищем Безымянный Скит. Посторонние ухитрились проникнуть в Предельные Чертоги и убить там важного человека. Я не знаю, чего они добиваются. Но если их не остановить, может случиться беда.

— Ты давно ищешь Безымянный Скит, — напомнил врачеватель. — Каковы шансы на успех?

— Они есть, — Коэн положил на столешницу черный камушек. — Я добыл карту Облаков, составленную три тысячи лет назад. До падения моей расы. Здесь отмечены Скиты и обломки, о которых вы никогда не слышали.

Шакал скептически покосился на камушек.

— Это не похоже на карту.

— Разумеется, — усмехнулся Коэн. — Перед вами не простой камень. Смотрите.

Волшебник что-то шепнул в бороду и тронул камушек пальцем. Артефакт озарился голубоватым сиянием. Вверх устремился тоненький лучик. А затем пространство кубрика изменилось. Стены растаяли в светлой дымке. Оформилась сфера, символизирующая небеса Преддверья. В дымке проступили созвездия, над столом сгустился мрак. Взошли луны. Под ногами людей заплескался призрачный океан, в дальнем углу оформилось побережье Тверди.

Появились Скиты.

Кусочки скал, дрейфующие под звездами. Много Скитов по всему кубрику. Траектории движения этих крохотных островков обозначались пунктирными линиями.

Над столом прокатился вздох восхищения. Еще бы — карту создавали боги, породившие все сущее. Забытые Демиурги, потомком которых был Коэн.

— Я могу увеличивать некоторые участки неба, — посредник взмахнул рукой, меняя реальность. Сфера раздвинулась, некоторые острова прыгнули к столу и разрослись, поражая своей детализацией. Под объектами просматривались названия.

— Не все читают на тер, — буркнул Сдвиг.

— Я тебе переведу, — улыбнулась Лакоста.

Коэн резким движением сдвинул фрагмент неба и выхватил из пустоты пригоршню обломков.

— Смотрите. Это ближайшее к нам «белое пятно». Около трехсот стадиев.

Брин присвистнул.

— Там же ничего нет! — вырвалось у Геро.

— Раньше ты так думала, — согласился Коэн. — Но взгляни на эту карту.

Десяток обломков кружился по экваториальным орбитам, отмеченным пунктирами.

— Они мелкие, — заметил Шакал.

— Почти все, — согласился Коэн. — Кроме трех.

Волшебник начал по очереди выдергивать из небес скалистые глыбы, называть их по именам, озвучивать параметры. Самый большой из небесных островков был сопоставим по габаритам с Атоллом Миядзаки.

— Вот наши цели, — сообщил Коэн. — Любая из них может оказаться Безымянным Скитом.

— Иголка в стоге сена, — фыркнул Шакал.

— Пусть так, — кивнул посредник. — Но выбора нет. Если кто-то и способен бросить вызов Посторонним, так это Архивариусы.

— А связаться с ними ты пробовал? — поинтерсовался Джолкар.

Коэн перевел взгляд на коллегу.

— Последние пять лет мы только этим и занимались.

— Мы?

— Я и Гримлиэль.

Джолкар достал трубку и принялся набивать ее табаком. Он всегда так делал, когда хотел разобраться в положении вещей.

— Если Чертогам угрожает опасность, — рассудительно заметил Брин, — Архивариусы сами придут на помощь. Разве нет? Это их мир.

— Ты прав, — кивнул посредник. — Но где они были, когда пять лет назад опасность грозила всем нам?

Ли посмотрел в глаза своему нанимателю.

— На «Мемфисе», вот где. Или ты забыл? Без той женщины нас бы всех перебили. И они вновь придут, если возникнет необходимость.

— К сожалению, — вздохнул Коэн, — у меня нет гарантий, что Архивариусы следят за событиями на Земле. И сидеть, сложа руки, я не могу. Поймите меня правильно.

— Ты нам платишь, — пожал плечами Сдвиг. — Тебе и решать.

Коэн одним движением свернул трехмерную карту.

— Тогда в путь.

Поздно вечером «Мемфис» покинул Лхасу. Исполинский силуэт существа четко вырисовывался на фоне звездного неба.

Глава 9

Резня в восточном экспрессе

Мерный перестук колес успокаивал.

Ольгерду не приходилось ездить на поездах — в его мире этот вид транспорта отсутствовал. Паровые машины встречались в Трордоре, но они двигались по мостовой. Ученые Академии не задумывались над прокладкой специальной колеи. А зря — механизм развивал приличную скорость.

Билеты они приобрели на Стеклянном Вокзале. Огромное пространство, накрытое прозрачным куполом, по которому барабанил занудный осенний дождь. Веер путей, разбегающихся во все стороны необъятного Стимбурга.

Под куполом раскинулись платформы и терраса ожидания с зимним садом. Дети носились среди высоких деревьев и декоративных кустов, валялись на аккуратно постриженном газоне. Взрослые сидели на ажурных лавочках, читая книги и вечерние газеты.

Сгущались сумерки.

Ольгерд думал, что протащить Рыка в поезд будет невозможно. Поэтому настаивал на другом способе перемещения. Например, паромобиле.

— Нет, — возразил Делрей. — Ехать далеко. В паромобиле не выспишься, да и помыться там нельзя. А цены…

Парящая Пустошь находилась далеко. Тридцать часов на поезде и около часа — на экипаже. С паромобилями дела обстояли еще хуже — им бы непременно потребовался сменный водитель. А это означало дополнительные вложения.

Билеты купили на троих.